ХРАМ АЛЕКСИЯ МЕЧЁВА В ВЕШНЯКАХ

РПЦ, Московская городская епархия

Дары Божии

gF07N-iZ9dg (1)

Чем усерднее каждый из нас стремится к познанию Бога, тем глубже постигнет Его в истине, полноте и совершенстве. Соразмерно усердию, прилагаемому нами, Бог заполняет наше сердце, ум, существо. Ибо все мы, сколько бы нас ни было – два, три, двадцать три, стоя перед одним источником, почерпаем из него разное количество воды в зависимости от того, насколько сильна наша жажда. Точно так и в духовной жизни.

gF07N-iZ9dg (1)

«Вмещение» Божества человеком в высшей мере зависит от простоты сердца, от стремления к знанию, самоуничижения и опустошения себя ради приятия Бога. В этом заключается великое таинство свободы человека, свободы, на которую Бог ни в коем случае не посягает силой. Именно поэтому я говорю, что «мы сами вмещаем Бога».
Кроме того, мы принимаем дары от Бога за свои скорби. Бог видит, сколько каждый из нас вынес скорбей ради праздника. Христос пошел на страдания за людей. Поэтому лишь тот, кто претерпевает страдания в своей жизни, может понять Его муки и стать причастным им. Ибо Господь оставил нам пример (1Петр. 2, 21) того, как следует переносить испытания, Сам пройдя через поношение, оклеветание и распятие. И если повседневная жизнь человека подобна «сущему аду», из которого хочется убежать далеко, а он терпит скорби, в покаянии преклоняет колена, искренне сокрушается о своих грехах, Бог щедро вознаградит его.
Далее, дары нам даются от Бога по любви нашего глубинного «я». То, как мы терпим скорби, лучше всего свидетельствует о том, имеем мы истинную любовь или нет. Любовь есть непрестанное восхождение души к Небесному Богу путем страданий. Ее успокоение лишь в одном – в наслаждении любовью, пришествием и славой Господа, в венчании Ему и единению с Ним. Любовь Бога есть следствие встречи человека с Богом.
Приближаясь к Богу, мы все сильнее и сильнее испытываем на себе Его любовь, бесстрастную, безграничную. Полюбив Бога, мы чувствуем, что вся вселенная, с ее благами, уже не удовлетворяет нас, осознаем ее ограниченность, глядя на бескрайнее милосердие Божие. Любовь в сердце возрастает от нашего плача. Встречающий множество скорбей на жизненном пути человек постигает то, что неведомо другим. Если мы действительно хотим постичь Бога, то в своей любви к Нему стараемся умалить себя перед Его бескрайним величием.
Любовь человека к Богу есть союз истинный, ибо зиждется на познании Бога. Познание Бога происходит через приобщение Святых Таин и возделывание Господом наших сердец «во вся дни живота». Добротно «замесим» свое существо на существе Бога, крепко Бога полюбим! Много или мало даст нам Бог, зависит от того, насколько мы сами Его полюбим.
Следовательно, чем ревностнее мы готовились к принятию Бога, страдали, любили, плакали в скорбях, тем более мы от Бога получили. Теперь, зная обо всем этом, мы разглядим более отчетливо скрытое за улыбкой, неподдельной радостью и всей жизнью, свидетельство о Христе в мире, покое, истине человека, уверенного в том, что все есть Бог.

Архимандрит Емилиан, архимандрит монастыря Симонопетра

День рождения в вечность

aleksiy_mechev4

Сегодня вся Церковь празднует День рождения в вечность святого праведного Алексия (Мечева). Всех сердечно поздравляем и желаем помощи и молитвенной поддержки нашего дорогого и любимого батюшки Алексия!

Всегда ждём вас в храме и рады делить тепло общих молитв на службах.

В этот день нам хотелось сказать несколько слов о той стороне жизни батюшки Алексия, которая часто выпадает из внимания читателей его жития — об отношения в его семье с матушкой Анной.

aleksiy_mechev4

Дело в том, что нередко святых людей удобнее представить такими былинными героями, чуждыми обычных человеческих чувств, эмоциональных проявлений — в общем, ничего «земного». Но это совсем не так. Жития редко приводят подробности их эмоциональной, чувственной жизни, но в случае со старцем Алексием Мечевым их доносит сохранившаяся переписка с женой и с детьми.
«Красавица моя милая… драгоценная женушка Нюшенька… жизнь моя, принимай лекарство и пей больше молока»; «Забудь обо всем в мире, думай только, чтоб тебе поправиться скорее, утешайся мыслью о том, что о тебе непрестанно думает твой муж… Он хоть и в 25-ти верстном расстоянии от тебя, драгоценная моя, но хорошо, отчетливо знает и чувствует, что ты думаешь и делаешь»;«Золотое мое солнышко»…

Вот как обращается будущий святой к своей жене, Анне Петровне Молчановой, тоже происходившей из духовного сословия. Удивительные по красоте отношения!
У них родилось пятеро детей: на четвертом году супружества — дочь Александра (1888), потом дочь Анна (1890), сын Алексий (1891), умерший во младенчестве, сын Сергей (1892, будущий священномученик), дочь Ольга (1896). И годы спустя после венчания отец Алексий писал своей жене трогательно и непосредственно:
«Ты, красавица, забыла у меня на столе браслетку и кольца, то будь спокойна, я их убрал и с собой в воскресенье привезу. Целую тебя несчетно раз. Твой Ленечка».
Какой-то необыкновенной красотой Анна Петровна не отличалась, однако отличалась добрым, живым характером — даже на фотографиях в любом возрасте это видно — и крепкой, простой верой. Отец Алексий — священник, будущий прославленный святой и подвижник — со смирением писал ей: «Я верю вполне, что ты глубоко верующая, помолись же обо мне, мой ангел, чтобы и я был тоже таковым».
Матушка Анна разделила с мужем его самоотверженное служение, когда 19 марта 1893 года отец Алексий был рукоположен епископом Нестором, управляющим московским Новоспасским монастырем, во священника к церкви Николая Чудотворца в Кленниках. Хиротония совершалась в Заиконоспасском монастыре, что по сей день стоит в двух шагах от Кремля. Приход оказался очень малочислен, довольно беден, и отец Алексий стал единственным его священником…
Бог, знающий каждого человека до самых его глубин, пожелал дать святому в спутницы именно такую женщину, и она сыграла в его жизни важную роль.
Он вспоминал жену и как друга, мягко направлявшего его, подсказывающего то, чего он сам не замечал. «Я был очень счастлив, — писал он годы спустя сыну, — когда покойная твоя мама, бывало, заметив что-либо, высказывала свое впечатление мне, и я тотчас, приняв к сердцу, изменял согласно с ее замечаниями… Я не хочу сидеть на точке замерзания. Каждый из нас не замечает за собой и может усовершенствоваться только при участии близких, дорогих людей…»
Омрачало их жизни только то, что матушка Анна страдала тяжелой сердечной недостаточностью, и с годами это давало о себе знать все больше. Выйдя замуж 18-летней юной девушкой, к 36 годам она уже очень мучилась от водянки: тело отекало, наступала слабость, становилось трудно дышать. Было настолько тяжело, что в какой-то момент матушка просила своего супруга перестать ее вымаливать…
29 августа 1902 года Анна Петровна скончалась. В церковном календаре, по старому стилю, это день памяти Усекновения главы пророка Иоанна Предтечи — день покаянный, скорбный, в который полагается строгий пост…

О Троице

26cd18fe1f1181e69e15a220b95f94bf--russian-icons-byzantine-icons

Каждый христианин призван в своей жизни уподобляться Богу. Что это значит? Нам нужно все стараться делать так, как совершал бы Сам Господь, будь Он на нашем месте.
Сегодня нам хотелось бы поделиться с Вами размышлениями святителя Николая Сербского об отношениях между Лицами Пресвятой Троицы. Это может помочь нам выстраивать приятные Господу отношения в своих семьях, между друзьями, коллегами и просто знакомыми. А быть приятным Богу, радовать Его — это ли не счастье?
26cd18fe1f1181e69e15a220b95f94bf--russian-icons-byzantine-icons

Итак, вот что говорит святой.

«Когда посеяно семя, должна сойти на него сила тепла и света, дабы оно возросло.

Когда посажено древо, должна прийти сила ветра, дабы его укрепить.

Когда домовладыка выстроит дом, он прибегает к силе молитвы, дабы его освятить.

Господь наш Иисус Христос посеял на ниве этого мира самое отборное семя. Должна была сойти сила Духа Святаго, да согреет и да осветит семя сие, чтобы оно росло успешно.

Бог Сын посадил на диком поле смерти древо жизни. Должен был налететь могучий вихрь Бога Духа Святаго, да укрепит древо жизни.

Превечная Премудрость Божия создала Себе домы из избранных душ человеческих. И Дух силы и святости Божией должен был сойти на домы сии и освятить их.

Божественный Жених избрал Себе Невесту, Церковь чистых душ, и Дух вечной радости должен был сойти, да обручит небо с землею и да облечет Невесту в одежду брачную.

Все свершилось так, как и было предречено. Дух Святый был обетован, и Дух Святый сошел. Кто мог обещать сошествие на землю Духа Всесильного, кроме Того, Кто знал, что Дух Сей послушает Его и сойдет? А по отношению к кому мог Дух Всесильный явить столь быстрое Свое послушание, если не по отношению к Тому, к Кому Он имеет совершенную любовь?

О, как совершенная любовь всегда готова к совершенному послушанию! Да ведь совершенная любовь не может быть совершенно выражена иначе, как в совершенном послушании. Любовь постоянно бдит в желании и готовности послушаться своего возлюбленного. А из совершенного послушания проистекает, словно поток меда и млека, совершенная радость, коя и составляет притягательную силу любви.

Отец имеет совершенную любовь к Сыну и Духу. Сын имеет совершенную любовь ко Отцу и Духу. И Дух имеет совершенную любовь ко Отцу и Сыну. По этой совершенной любви Отец есть самый ревностный послушник Сына и Духа, и Сын есть самый ревностный послушник Отца и Духа, и Дух есть самый ревностный послушник Отца и Сына. Совершенная любовь делает Отца совершенным слугою Сына и Духа; и Сына – совершенным слугою Отца и Духа; и Духа – совершенным слугою Отца и Сына. Как никакая любовь в сотворенном мире не может сравниться со взаимною любовью Божественных Ипостасей, так и никакое послушание не может сравниться с Их взаимным послушанием. Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить. – Да будет воля Твоя. Не являют ли слова сии совершенного послушания Сына Отцу? – Отче! Благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня, – сказал Господь Иисус Христос при воскрешении Лазаря; а позднее Он однажды воскликнул: Отче! прославь имя Твое. Тогда пришел с неба глас: и прославил и еще прославлю (Ин.11:41-42; 12:28). Не являет ли все сие совершенного послушания Отца Сыну? – Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам …да пребудет с вами вовек. – Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне (Ин.16:7; 14:16; 15:26). И действительно, в пятидесятый день по Воскресении Утешитель Дух истины сошел на тех, кому был обетован. Не являет ли сие совершенного послушания Духа Святаго Сыну?

То спасительное правило, кое апостол Павел повелевает выполнять всем верным: честию друг друга больша творяще – в почтительности друг друга предупреждайте (Рим.12:10), – в совершенстве осуществлено между Ипостасями Святой Троицы. Каждая из Ипостасей старается в почтительности предупреждать Две Другие; как и Каждая желает послушанием умалиться пред Двумя Другими. И если бы у Каждой из Божественных Ипостасей не было сего сладчайшего и святого устремления даровать Свою честь Двум Другим и умалить Себя послушанием, то по бесконечной любви, которую Каждая из Них имеет к Каждой, Троичность Божества утонула бы в некоей безразличности Ипостасей.

Итак, по безграничной любви Бога Духа Святаго к Богу Сыну Дух Святый с безграничным послушанием поспешил исполнить волю Сына и сошел в предопределенное время на апостолов. Бог Сын твердо знал, что Бог Дух Святый послушает Его, потому Он так твердо и обещал Его сошествие на апостолов. Вы же оставайтесь в городе Иерусалиме, доколе не облечетесь силою свыше, – заповедал Господь наш Иисус Христос апостолам Своим. Не спрашивайте, откуда Господь знал заранее, что сия сила свыше, или Дух Святый сойдет на учеников Его. Господь знал заранее не только это, но и все прочее, что произойдет до конца времен, да и после конца времен. Но, глубже вдумавшись именно в сей случай, вы увидите: это предведение и предсказание Господа о сошествии Духа Святаго является предведением и предсказанием лишь в том, что относится к внешнему событию сего сошествия, но не в том, что касается согласия Духа и Его желания исполнить волю Сына и сойти. Ибо, и прежде нежели Господь заговорил о сошествии Духа, Он уже имел ревностное и добровольное согласие Духа на то. Вернее, Дух Святый и говорил чрез Него о Своем сошествии. Ибо не сказано ли в Евангелии: Иисус, исполненный Духа Святаго (Лк.4:1)? И не признал ли Сам Господь наш Иисус Христос в Назарете, что на Нем сбылось пророчество Исаии: Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим (Лк.4:18)? Ясно, таким образом, что Сын находится в беспрерывном общении с Духом Святым, как и со Отцем, – в общении взаимной любви, послушания и радости. Помазание Духом свидетельствует о живом и действительном пребывании Духа в конкретной личности. Так как же Помазанник мог бы говорить что-либо о Том Самом Духе, чтобы при сем Дух этого не знал? И обещать некое соработничество Того Самого Духа, если бы Дух не был с этим заранее согласен? А что Дух Святый пребывал в Господе нашем Иисусе Христе и был согласен со всяким словом, всяким делом и всяким обетованием Иисусовым, свидетельствует и сегодняшнее Евангельское чтение.

В последний же великий день праздника стоял Иисус и возгласил, говоря: кто жаждет, иди ко Мне и пей. Здесь речь идет о празднике кущей, который праздновался осенью в память о строительстве кущей в пустыне во время странствования по ней иудейского народа. Этот праздник отмечался в седьмой месяц по иудейскому исчислению, что соответствует нашему сентябрю, и был праздником веселья великого (Лев.23:34; Втор.16:13-14). Он праздновался семь дней, и последний день, должно быть, отмечался особенно торжественно, раз назывался великим. Кто жаждет, – возгласил Господь, – иди ко Мне и пей. В безводном Иерусалиме трудно было напоить многолюдную толпу и обычной, материальной водой. Специальные водоносы таскали воду для храмовых сосудов с источника Силоам. Что побудило Господа заговорить о жажде и воде? Быть может, жалобы народа на жажду. Быть может, вид работавших водоносов, кои с трудом тащили воду снизу из Силоама на гору Мориа, где находился храм. А быть может, и то обстоятельство, что это был последний день, и посему Господь хотел воспользоваться временем, дабы напомнить людям с окамененными сердцами о духовной жажде и предложить им духовное питие. Некогда Он сказал женщине самарянке: кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек. И ныне Он имеет в виду ту же животворящую воду духовную, ныне, когда призывает всякого жаждущего: иди ко Мне и пей.

Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой. Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него: ибо еще не было на них Духа Святаго, потому что Иисус еще не был прославлен. – Веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы. Прежде всего Господь определяет веру в Себя. Он обещает награду тому, кто право верует в Него, то есть верует так, якоже рече Писание (как сказано в Писании). Он не хочет, чтобы в Него веровали как в одного из пророков. Вот, все пророки пророчествовали о Нем. И не хочет Он, чтобы Его считали вторым Илией или Иоанном Крестителем. Вот, и Илия, и Иоанн были лишь слугами Божиими и предтечами Его. А Он не называет Себя ни слугою Божиим, ни чьим бы то ни было предтечею. Священное Писание глаголет о Нем как о Сыне Божием, рожденном от Бога Отца в вечности и от Пресвятой Девы Марии во времени. Когда апостол Петр исповедал такую веру в Него, сказав: Ты – Христос, Сын Бога Живаго (Мф.16:16), – то Он такую веру похвалил. Когда же старейшины и книжники хотели Его смутить разными хитросплетенными вопросами, Он Сам смутил их и заставил замолчать ссылкою на Священное Писание, где говорится, что ожидаемый Мессия является не только Сыном Давидовым, но и Сыном Божиим (Мф.22:41-46). Он хочет, дабы в Него веровали и как в высшее откровение Божие, в коем соединяются все прочие откровения от начала и до конца. Вне Его тщетна вера, тщетна надежда, невозможна любовь. А что правая вера в Него спасительна, убедится тот, кто право верует. Как убедится? У него из чрева потекут реки воды живой. Под водою живой здесь подразумевается Дух Святый, как объясняет сам Евангелист: Сие сказал Он о Духе. Итак, Дух Святый вселится в того, кто верует в Сына Божия, и духовные живоносные реки потекут из чрева его. Но почему из чрева? Потому что тело в жизни сей у святых является обителью Духа Святаго, как и апостол говорит: Не знаете ли, что тела ваши – суть храм живущего в вас Святаго Духа (1Кор.6:19)? Так говорит апостол Павел верным, на коих Дух Святый уже сошел чрез веру в Сына Божия. В более узком смысле под чревом подразумевается сердце человеческое, как средоточие жизни и телесной, и духовной. Тот же апостол Павел глаголет: Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего (Гал.4:6). И, таким образом, из сердца как из главного святилища Духа Святаго разольются духовные живоносные струи по всему человеку, телесному и духовному. Последствием сего будет то, что у верующего тело станет орудием духа человеческого, а дух человеческий – орудием Духа Святаго. Весь человек будет очищен, просвещен, утвержден и обессмерчен теми струями Бога Духа, так что все его помышления, вся любовь и все делание будут устремлены в жизнь вечную. Потоки его жизни будут переливаться в вечность, и потоки вечности будут переливаться в его жизнь.

Но в то время, когда Господь наш Иисус Христос говорил сие, еще не было на них Духа Святаго, потому что Иисус еще не был прославлен. То есть Духа Святаго еще не было на верующих, на Иисусе же Он был. Дух Святый еще не начал Своего действия в мире в полноте и во всей силе, ибо Господь наш Иисус Христос еще не был прославлен, то есть еще не принес до конца Себя в жертву за род человеческий и не завершил Своего дела как Спаситель человеков. В домостроительстве спасения человеков Отец имеет полноту действия в мире, когда посылает Сына на дело спасения человеков; Сын имеет полноту действия, совершая сие дело спасения как Богочеловек; а Дух Святый имеет полноту действия, утверждая, освящая и продолжая дело Сына. Но нельзя понимать это так, как если бы Сын и Дух не действовали, когда действует Отец; или Отец и Дух не действовали, когда действует Сын; или Отец и Сын не действовали, когда действует Дух. Да удалится от тебя подобная злочестивая и безумная мысль. Ибо, се, пока еще Сын был в полноте Своего действия на земле, действовали вместе с Ним и Отец и Дух, как это было явлено при Крещении на Иордане, и как сказал Сам Господь наш Иисус Христос: Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин.5:17). Значит, и Отец и Сын действуют вместе и одновременно. Точно так же вместе и одновременно действуют и Дух Святый и Сын, как видно из обетования Господа нашего Иисуса Христа послать ученикам Духа Утешителя, при том что и Сам Он останется с ними во все дни до скончания века. Троичное Божество единосущно и нераздельно, но по отношению к сотворенному миру Оно выражает Свое действие более заметно то чрез Одну Божественную Ипостась, то чрез Другую. Итак, когда Господь наш Иисус Христос обещал сошествие Духа Святаго на апостолов, Дух Святый был в Нем, так что можно сказать: насколько сие обетование исходило от Бога Сына, настолько же Оно исходило и от Самого Бога Духа Святаго.»

Что значит: «Кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою»?

1358cd95c34f576ae2e09af700e39aa9

Когда мы изучаем творения святых, то они в это время о нас молятся. В день памяти святителя Луки Крымского мы предлагаем прочесть его толкование на слова из Евангелия: «Кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою».
1358cd95c34f576ae2e09af700e39aa9

В человеческой жизни так не бывает. Чтобы быть первым, не поступают так, как говорит Господь Иисус Христос; другим не служат; ищут, чтобы им служили. Господь говорил не о первенстве среди людей, первенстве земном. Он говорил о тех, кто хочет быть первым в глазах Божиих, но не в глазах человеческих. Им говорится, что они должны быть последними, а не первыми, должны всем служить. Это рассуждение не человеческое. Как видите, ставится требование совсем особенное, неведомое миру: быть последним, быть всем слугой – того называет Господь первым в очах Божиих.
Трудно ли это исполнить? Нет, несравненно легче, чем быть первым среди людей, чем стать первым в глазах человеческих. Чтобы стать первым в глазах человеческих, нужно добиться влияния, добиться власти, добиться богатства. Здесь ничего этого не требуется: будь всем слугой, тогда будешь первым в очах Божиих. Это совсем не трудно, только будь смирен духом и прост. Невозможно это для тех, которые полны гордости и превозношения.
Кто способен быть слугою всем, исполнить эту заповедь Христову? Только добрые, тихие, очень скромные люди, ничего не желающие от людей. Такие всем служат, никогда не добиваются первенства, а желают быть последними. Таких незаметных, тихих, бедных, иногда даже презираемых людей много-много среди христиан. Бывают такими простые старушки, бедные женщины, бедные старички. Они не помышляют о первенстве, не добиваются уважения и чести в глазах людских, а только тихо и незаметно делают свое великое дело, которое требует Господь Иисус Христос.
Есть много-много самых незначительных, самых малых людей, которые исполняют эту заповедь Христову. Никому не ведомые, никем не замечаемые, они творят это святое дело – служат всем, чем могут: каждого стараются обласкать, каждому услужить, каждому что-нибудь сделать нужное; стараются утешить хорошим, добрым словом. У них есть живая, постоянная потребность всем служить, ибо всех они любят, всех жалеют.
Эта любовь, эта жалость делают их исполнителями сей великой Христовой заповеди. Они даже не осознают, не замечают того, что творят; не придают никакого значения этим малым услугам. Не думают, что это может быть велико и свято в очах Божиих, не думают, что эту заповедь Христову исполняют; желают только быть последними, желают только всех обласкать, всем доброе слово сказать. Такие неведомые для людей являются первыми в очах Божиих.
Видите, как это велико. В Деяниях Апостольских есть прекрасное место: «Петр и Иоанн шли вместе в храм в час молитвы девятый. И был человек, хромой от чрева матери его, которого носили и сажали каждый день при дверях храма, называемых Красными, просить милостыни у входящих в храм. Он, увидев Петра и Иоанна перед входом в храм, просил у них милостыни. Петр с Иоанном, всмотревшись в него, сказали: «Взгляни на нас». И он пристально смотрел на них, надеясь получить от них что-нибудь. Но Петр сказал: «Серебра и золота нет у меня; а что имею, то даю тебе: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи». И, взяв его за правую руку, поднял; и вдруг укрепились его ступни и колени, и вскочив, стал, и начал ходить, и вошел с ними в храм, ходя и скача, и хваля Бога» (Деян. 3:1–8).
Зачем же сказал апостол Петр: «Взгляни на нас»? Ему нужно было посмотреть в его глаза. Он был, конечно, прозорлив, ведал сердца человеческие и по глазам видел сердце человека. Ему нужно было увидеть, верует ли этот человек, способен ли получить чудесное исцеление. Тот пристально смотрит на апостола, надеясь что-либо получить. И вот Петр исцеляет его во имя Христово.
Эти слова запомните: «Серебра и золота нет у меня, а что имею, то даю тебе». Не думайте, что благотворить можно только деньгами, серебром и золотом, что только богатые могут исполнять заповедь о милосердии, о подаянии. Святой апостол Петр научил нас, что, и не имея ничего ценного, можно дать чрезвычайно много. Каждый может дать людям чрезвычайно много, не имея денег, если в сердце имеет святую любовь, сострадание, жалость и милосердие. Можем пожалеть человека, чем-нибудь услужить ему, сделать одно из малых дел, о котором мы говорили. Можно добрым словом смягчить ожесточенное сердце ближнего своего, множеством самых простых дел помочь ему, позаботиться о нем, услужить ему.
Такого великого дара, какой получил несчастный калека от апостола Петра, нет у нас, но каждый из христиан может сказать доброе слово ближнему своему; каждый может услужить ближнему своему. Исполняйте эту святую заповедь, и будете первыми в глазах Божиих!

СЛОВО БАТЮШКИ АЛЕКСИЯ МЕЧЕВА В НЕДЕЛЮ СВЯТЫХ ОТЕЦ

20440480

20440480

В настоящий воскресный день, други, Святая Православная Церковь, вспоминая святых Отцев I Вселенского собора, утвердивших истинное учение о божественности Сына Божия, о единосущии Сына с Богом Отцом против еретика Ария, установила читать сегодня Евангелие, в котором содержится первосвященническая молитва Иисуса Христа Богу Отцу Своему пред Своими страданиями. Этою молитвою Иисус Христос уверил в Своем Божественном посланничестве, говоря, что слова и повеления Его суть слова и повеления Его Небесного Отца, от Которого Он исшел, Который послал Его и к Которому после земной жизни Он должен возвратиться. Вместе с тем этою молитвою Иисус Христос прославлял, благодарил и умолял Своего Небесного Отца, чтобы научить нас, во-первых, что и мы, полные благоговения, должны в молитве прославлять Всевышнего, видя великие и чудные дела, которые Он совершил Своим всемогуществом; во-вторых, что и мы, полные любви и признательности, должны в молитве благодарить Всеблагого за такие блага, которые Он изливает на каждого из нас; и, в-третьих, что и мы, полные веры и надежды, в своей молитве должны умолять Премудрого и Всемилосердого, чтобы Своею Божественною благодатию Он укрепил, просветил и сохранил нас. «Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить» (Ин.17:4), – говорил в Своей молитве Иисус Христос. Вся земная жизнь Его, от Вифлеема до Голгофы, была посвящена прославлению Отца Небесного. Все, что Он сделал, чему учил и что терпел, – все совершал с мыслию о Боге и во Славу Божию.

Спаситель, други, наш образец во всем, последуем Ему! Все наши дела и предприятия должны быть совершаемы нами с мыслию о Боге и для славы Божией. Во всем, что мы делаем и предпринимаем, мысль о Боге должна быть господствующей в нашей душе пред всеми другими мыслями. Эта мысль должна быть светом, озаряющим наш ум к познанию и избранию лучшего дела – силою, побуждающей к сообразной с долгом деятельности, – источником надежды и мужества, если мы вынуждены бываем бороться с препятствиями, трудностями, опасностями и страданиями. Тогда мысль эта будет наполнять нас при всех наших делах благодарением к Всеведущему и Всеправедному Богу, любовию к Его закону, упованием на Его помощь и благословение.

Но не думайте, что душа наша, кроме этой мысли, не должна заниматься ничем другим, не должна заботиться об обязанностях звания и прочих потребностях жизни; не думайте, что вы должны только молиться и совершенно оставить всякие земные нужды. Нет, мысль о Боге должна быть только присущею вашему сердцу и, при всех ваших трудах и занятиях, постоянно напоминать вам о Всеведущем и Всемогущем Боге. Оно должно обитать в вас, как дух хранитель, оберегающий вас от всякого зла и направляющий на путь добродетели и долга. Так поступал Господь наш Иисус Христос. Все дела Свои Он совершал во славу Божию. В продолжение всей жизни Им постоянно руководила мысль о Боге, исполнение воли Которого было пищею и питием. Так поступали и святые люди.

Некогда к старцу Лукию пришли иноки, так называемые евхаиты или молитвенники. (Это были последователи одной секты, которая отвергала все добродетели, даже силу Таинств, в рассуждении нашего спасения, и всю важность приписывала одним молитвам). «Каким занимаетесь рукоделием?» – спросил у них Лукий. – «Мы не занимаемся работою рук, – отвечали, – но, по заповеди Апостола, непрестанно молимся». – «А едите?» – опять спросил старец. – «Едим», – отвечали они. – «Итак, когда едите, кто за вас молится? – возразил Лукий. Сверх того, спите ли вы?» – «Как же можно не спать?» – сказали евхаиты. – «Итак, когда спите, кто за вас тогда молится?» – опять тогда возразил старец. Пришельцы не могли дать никакого ответа. Тогда преп. Лукий сказал им: «Простите мою откровенность: вы сами себе противоречите. Я, напротив того, докажу вам, что и занимаясь рукоделием, молюсь непрестанно. Например, плету из камыша корзины и читаю: Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти Беззаконие мое… Не молитва ли это?» – «Конечно», – отвечали иноки. – «Таким образом, проводив в труде и молитве весь день, – продолжал старец, – я вырабатываю несколько денег, половину из них отдаю нищим, а другую употребляю на свои необходимости. Когда же ем или сплю, тогда молятся за меня приемшии милостыню. Не видите ли что я, с помощью Божией, исполняю правило Апостола и молюсь непрестанно?» (Училище благочестия).

Будем, други, совершать все наши дела с Богом. Мысль о Нем, любовь к Нему, упование на Него пусть проникают и оживляют нашу душу, чтобы мы ничего другого не желали делать, как только то, что Он заповедует, и чтобы нам можно было, на закате дней наших, подобно Спасителю, сказать: «Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить» (Ин.17:4).

1914 г., мая 18 дня
Праведный Алексий Мечёв

В чем смысл Вознесения для нас?

В чем смысл Вознесения для нас с вами? Куда и над чем может вознестись человек, и что его там ждет? Размышляет протоиерей Игорь Прекуп.
fr_igor_prekup

«Состаревшийся, Господи, мир многими грехами, обновив страстию Твоею и восстанием Твоим, возшел еси носим облаком к пренебесным: слава славе Твоей!» (тропарь канона Праздника).

Своеобразная логика построения церковнославянской фразы не позволяет уловить смысл, не перечитав ее. Казалось бы, всего лишь хаотичный набор хвалебных восклицаний… Нет! Никакого хаоса. Обычная в своей гениальности простота священной поэзии: обновив Своим страданием и Воскресением мир, состарившийся многими грехами, Господь, будучи носим облаком, взошел к пренебесным (к тому, что выше небес, выше естества, свято и вечно).

Грех старит, а страдание во спасение, ведущее к воскресению, обновляет: как это глубоко и живо, как точно! Причем в любом масштабе: хоть вселенском, хоть индивидуальном. Но только то страдание обновляет, которое во спасение, а не абы какое. Страдание Господа нашего Иисуса Христа было во спасение всего мира; страдание каждого из нас может быть разным и по качеству, и по объему.

Глубокое заблуждение (в лучшем случае, образная фигура речи), что страдания очищают. Очищают не сами по себе страдания, а достойное их терпение. Да и то, опять же, не само терпение, а благодать Божия, навстречу которой раскрывается страдающая душа, если вопреки скорбям и лишениям не становится зверо- или скотоподобной, но борется (порой неосознанно, просто руководствуясь нравственным инстинктом) за свое богоподобие, составляющее сущность человеческого достоинства.

Страданиями (или угрозой страданий) человек ставится порой перед радикальным нравственным выбором. Не между лучшим и менее хорошим, а между доблестью и низостью, например. И все, третьего не дано.

Тут человек или преодолевает в себе массу всякой накипи, с которой сжился за долгие годы настолько, что она вросла в его плоть и кровь, подменила в нем все когда-то самое дорогое, важное, значимое, возвышенное, или…

Годами человек мало-помалу становился как потопленный корабль, обросший ракушками, а тут вдруг, раз! — и он перед выбором: или еще шаг в том же направлении, на поводу, казалось бы, победившей накипи (и тогда будет пройдена «точка невозврата», подлец навсегда), или он ухватывается за свою уже неразличимую суть, осознавая ее бесценность, жертвуя ради этого существенного, но как бы уже и не существующего, всем, что имеет. Жертвует всем и… обновляется, обретая себя в Боге!

Такие перерождения (лучше сказать, воз-рождения) не сплошь и рядом. Чаще «просто хороший человек» в страданиях всего лишь выходит на новый, более высокий уровень, как бы вовсе без усилий совершая свой выбор и освобождаясь от шелухи второстепенного, оттираемой страданиями, незаметно для себя становясь человеком прекрасным.

Вспоминается один эпизод из истории блокадного Ленинграда, который мне довелось услышать, сидя в библиотеке СПбДА. Библиотекарша вполголоса рассказывала кому-то из сотрудников, как они с братом в первую, самую лютую блокадную зиму, нашли на снегу хлебные карточки. Принесли их маме. И вот тут начинается самое интересное.

Блокада, каждый выживает, как может; мать должна в первую очередь заботиться о жизни и здоровье своих детей; найденные хлебные карточки — это возможность уберечь их от дистрофии, от голодной смерти, а все остальное легко оправдать (дети ведь их не украли, нашли, значит, карточки посланы свыше, не так ли?) — и что она сказала?

«Какие мы счастливые!» — воскликнула она. Ну, это понятно, казалось бы: мама обрадовалась, что появилась возможность спасти детей. Ан, нет! «Какие мы счастливые, — повторила, — что теперь можем их вернуть!» Не помню точно, каким образом выяснилось, чьи они. То ли по фамилии да по имени-отчеству поняли, кто из соседей их потерял, то ли на них дополнительно был указан адрес (это вряд ли), но счастливая мать отправила детей возвращать находку.

Карточки были утеряны неким «инженерно-техническим работником», то есть человеком, чья норма хлеба (в зависимости от периода, 250 — 400 г), наряду с рабочими, была почти самой высокой (выше была только норма для «рабочих горячих цехов»). И вот человек приходит домой, садится за стол и говорит матери: «Мама, я скоро умру». Та утешает его: да что ты, мол, наоборот, как раз теперь, когда ты устроился на такую работу, мы выживем, а он все свое: «Мама, я умру» (мысль питаться за счет иждивенческой нормы своей матери ему в голову не приходила, потому что это ее хлеб), но ничего о пропаже не говорит.

Тут и ликующие дети подоспели.

Что в этой истории особенно греет, так это естественность, простота принятия решений. Уверен, мама нашей библиотекарши не считала, что делает нечто из ряда вон выходящее. А как еще по-другому-то? Если бы даже и мелькнула у нее грешная мысль, она отмахнулась бы от нее как от мухи, даже не заметив.

А ведь с точки зрения здравого смысла, она повела себя более чем легкомысленно: вместо того, чтобы позаботиться о своих детях, когда такая удача привалила, она, можно сказать, у голодающих детей хлеб изо рта выхватила, да еще таким садистским способом: велев им этот хлеб собственными руками отдать чужому человеку…

Такими поступками, не оскверняемыми самолюбованием, человек возвышается над скверной мира сего, над собственными прежними низостями и падениями.

Аналогично и когда человек, страдая от болезни, старается лишний раз никого не беспокоить, сдерживает раздражение, вызываемое болью или слабостью, не позволяет себе унывать и отчаиваться — он возвышается над плотью. И это отнюдь не редкость, когда страждущий от долгой болезни становится лучше, чем когда, казалось бы, ничто не мешало ему быть ласковым и благодушным.

Возвышенное всегда было предметом воспевания всевозможными родами искусств. Это даже с таким свойством человеческим связано, как прямохождение: мы ведь касаемся земли сравнительно маленьким участком тела — стопами, а все оно устремлено к небу. Все высокое: горы, полеты птиц, звезды — вызывает в нас трепет, близкий к священному… Именно, близкий, но все же важно не путать возвышающее и возносящее.

Возвышенное приближает к Богу, как бы приподнимает над суетой, но не отрывает от нее. Более того, человек может удовлетвориться возвышенным и как бы застрять на этом уровне, воображая, что преодолел притяжение мира сего. Между тем, он просто научился летать. И если способность подолгу находиться в поднебесье он примет за признак принадлежности к пренебесному миру — беда… Вряд ли он захочет вспоминать, что апостол Павел называет бесов «духами злобы поднебесными» (Еф. 6; 12). Не «подземными» — «поднебесными».

Возвышенное служит как бы естественной подготовкой, разминкой для вознесения жизнью во Христе «к пренебесным». Это своего рода грунт, положенный на холст, поверх которого пишется произведение искусства (и любой живописец скажет вам, как важен грунт для масляной живописи).

Святитель Амфилохий Иконийский, наставляя «доброго и прекрасного сына Селевка», обращает его внимание на полезность мирской мудрости:

«…Занимайся науками, книгами поэтов, писаниями историков, блестящими произведениями красноречия риторов, тонкими рассуждениями философов. Но со всем этим обращайся разумно, с мудростью отовсюду собирая полезное, но избегая всего вредного, что скрыто в каждом из философов, подражая делу мудрой пчелы, которая не на всякий цветок садится, но очень мудро собирает с каждого только полезное, имея учителем саму природу… Поэтому все, что в похвалу добродетели написано у воспевающих ее или, напротив, у осуждающих порок, все это старательно изучай, запоминая и смысл и изящество выражения. <…> Ибо дольнее (образование) должно быть в услужении Божественной (мудрости)».

Возвышающее над перстью — в услужении у возносящего над преходящим; не подменять возвышенным того, что превыше небес, но и в устремленности к пренебесному, не пренебрегать возвышенным. К сожалению, нередки случаи, когда претензия на духовность не от мира сего, декларируемая не только цитатами из Писания и Отцов, но и образцовым соответствием православному дресс-коду, используется в качестве прикрытия банального скотства.

Между тем, если, например, сами по себе терпеливость и благородное прощение клеветников возвышает страдальца над обыденностью, низменностью, но без выхода за временные пределы, все то же самое, но в контексте жизни во Христе — возносит вслед за Ним «к пренебесным», приобщая к вечности.

Возвышающее человека делает его «приятным Богу» (Деян. 10; 35), становясь поводом для «призывающей благодати», и вот уже от того, как он на нее откликнется, зависит, послужит ли возвышенное вознесению его души, ее приобщению «к пренебесным».

Господь обновил одряхлевший во грехе мир Своим страданием и Воскресением, вознес в Себе человечество одесную Отца. Но мир, вернее каждый из нас (потому что нет коллективной воли, но у каждого человека в отдельности — своя) свободен, принимать ли это обновление, следовать ли за Христом на Крест, чтобы с Ним же совоскреснуть и совознестись, или остаться «миром сим», дружба с которым есть вражда против Бога (Иак. 4; 4).

ТОЛЬКО ИСХОДЯЩЕЕ ИЗ СЕРДЦА ВХОДИТ В СЕРДЦЕ

118293.p

Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине (Ин. 4, 24).

Слова, которыми я начал эту проповедь, были сказаны Спасителем Иисусом Христом в ответ на вопрос жены-самарянки: где можно принести самое лучшее поклонение Богу — в Иерусалиме, на чем настаивали иудеи, или на горе Гаризим, как утверждали самаряне?

Этими словами Спаситель учит жену-самарянку — а через нее и всех нас, — что важно не место, где приносится поклонение Богу, а то, как оно приносится. Говорить, будто только в одном конкретном месте можно приносить поклонение Богу, — значит считать, что Бог присутствует только в этом месте, то есть что Бог ограничен и телесен. Между тем Спаситель Иисус говорит женщине, что Бог не тело, а Дух, и поэтому пребывает не только в каком-то одном месте, а повсюду; таким образом, Он всюду может нас услышать и принять нашу молитву.

Тот факт, что мы больше побуждения к молитве испытываем в храмах, не противоречит этому слову Спасителя, потому что храмы рассеяны по всем городам и селам для доступа всех, тогда как в ветхозаветные времена не было ничего, кроме Иерусалимского храма, в который хотя бы время от времени должны были приходить все иудеи, чтобы поклониться Богу. Теперь Христос Своим Телом и Кровью присутствует во всех православных храмах по всему миру; во всех них на Святой литургии приносится Жертва за наши грехи и грехи наших усопших, а также в помощь нам по жизни. А храмы располагаются среди наших домов, и сила Жертвы Христовой из храмов простирается над нашими домами и в наши дома, и мы ощущаем Христа, с Его благодатью и помощью, повсюду на своих путях и в своих занятиях, если возносимся на крыльях молитвы с мыслью о Нем. Господь близко, говорит святой апостол Павел (ср. Флп. 4, 5), и: мы Им живем и движемся и существуем (Деян. 17, 28).

С одной стороны, эта возможность и долг прославлять Бога на всяком месте открывает нам величие Бога в гораздо более живом свете, чем при поклонении в одном месте. С другой — это существенно облегчает верующим исполнение долга и душевного порыва поклониться Богу и дает возможность делать это на всякий день и во всякий час дня.

Однако Спаситель не удовольствовался тем, чтобы сказать самарянке — а через нее и нам — только то, что Бог, как Дух, присутствует повсюду, и что мы, таким образом, можем и должны приносить Ему поклонение на всяком месте и на всякий день, — Он еще и добавил учение о том, как приносить поклонение Богу.

Наше поклонение должно быть в духе и истине, сказал Спаситель.

 

Святитель Кирилл Александрийский, святой отец древней Церкви, в 430 году по Р.Х. написал две большие книги[1] о том, что поклонение в Духе и Истине противоположно ветхозаветному поклонению, заключавшемуся в принесении в Иерусалимском храме животных в жертву. Христос снял с нас иго этих жертв, Сам Себя принеся в Жертву бесконечно более ценную, чем все прочие жертвы, ибо кровь волов и козлов не могла очистить совесть людей, как может очистить ее Кровь Христова, говорит святой апостол Павел (ср. Евр. 9, 12).

Он хочет от нас теперь только того, чтобы мы соединили свое существо с Ним, в продолжение Его Жертвы на алтарях храмов. До Христа человек не отдавал свое существо Богу, когда поклонялся: он отдавал лишь часть своих внешних благ, а для Бога ценнее наша душа, наше сердце, наше существо. Человек больше отдается Богу, когда предает Ему свою душу, чем какие-то свои внешние вещи.

Этим Господь Христос сделал людям новое послабление в поклонении, приносимом Богу, — послабление, делающее возможным поклонение в любое мгновение и в любом месте. Взамен Он желает, чтобы мы отдали Ему всё наше существо, а это служит к нашей же величайшей пользе, ведь Бог таким образом вселяется во все закоулки нашего существа, очищая его от всяких безобразных помыслов и дел и укрепляя нас на благое, то есть освящая нас.

Мы, таким образом, избавились от внешних животных жертв, но часто еще бываем рабами другого внешнего поклонения — мы не молимся в духе, когда молимся одними устами. Ведь молиться «духом» значит молиться тем, что внутри нас, нашим чувством, самой мыслью о том, что беседуем с Богом, что находимся в Его присутствии. Какую же неприятность мы доставляем тому, кто нас слушает, когда говорим ему одними устами, когда невнимательны к тому, о чем говорим, и от этого слова наши холодны и равнодушны, когда всем своим видом показываем беседующему с нами, что мыслями мы пребываем в другом месте, что мы, собственно говоря, не оказываем ему никакого уважения.

Однако если отсутствие уважения оскорбительно даже для подобных нам людей, то насколько же оскорбительнее это отсутствие уважения, когда мы говорим с Богом одними устами, а наша мысль витает в другом месте, когда наш дух не участвует в молитве, когда наше внимание рассеяно, когда наш помысл не прикован к Тому, Кому мы молимся? Говорят, что когда священник или верующий молится всей душой, собранной в молитве, он распространяет вокруг дух молитвы, он вовлекает и окружающих в тихую глубь молитвы. Кто-то сказал: «Только исходящее из сердца входит в сердце». Кто не молится от сердца, у того нет в словах, в самом его существе излучения, которое устремилось бы к сердцу Бога и сердцу окружающих.

Кто молится с сосредоточенной мыслью, с душой, уверенной, что Бог стоит перед ним, тот показывает, что убежден в слове Спасителя о том, что Бог как Дух находится везде, а значит, и в том месте, где он сейчас молится в эту минуту. Вот связь между учением о том, что Бог есть Дух, а значит, находится повсюду, и необходимостью молиться всем чувством, духом.

Безусловно, верующий, молящийся духом, доказывает, что дух его вознесен и согрет Духом Божиим, что тем самым он поставил себя в связь с Богом и что силой Божественного Духа испытывает к Отцу Небесному тепло сыновней любви. Божественный Дух делает нас живыми в нашей молитве, Им мы сердцем, исполненным любви, взываем в своей молитве к Богу: Авва, Отче! (ср. Рим. 8,15). На молитве Дух приходит на помощь нашим немощам.

 

Однако Спаситель просит нас молиться и «в истине», или «воистину». Это значит, что нам следует иметь правую веру, знать, как молиться, а также понимать, чего просить в нашей молитве.

Сколько раз мы видим верующих, которые не знают, кому молятся, и просят неподобающих вещей. Для них Бог — нечто нечеткое, Он словно слепая сила, которую странными жестами и словами, лишенными смысла, надо принудить исполнить какое-то твое желание, эгоистичный интерес, чтобы исчезли препятствия с пути исполнения твоих удовольствий, с пути к каким-то внешним успехам, к победе над тебе подобными, лишь бы тебе оказаться сильнее их. Во всем этом религию путают с каким-то колдовством, и человек не извлекает отсюда никакой пользы для своего душевного возрастания и спасения.

Верующий должен знать, что Бог есть Отец, Сын и Дух Святой. Что Отец из безграничной любви к нам послал в мир Сына Своего Единородного, Который принял человеческую плоть и душу, распялся из этой любви к нам, ради прощения наших грехов, что Он воскрес, обеспечив и нам в конце времен воскресение навеки; что, пока мы находимся на земле, Он ведет нас Духом Святым по пути непрестанного возрастания и совершенствования, любви к Богу и людям, чтобы мы стали достойными вечного Царства любви.

Где раздор и вражда, там нет Духа

Вот что мы должны знать и чего просить. Молить Бога о нашем спасении и возрастании душевных сил ко всякому благу, чтобы мы смогли спастись. Молиться также и о здравии и благоразумии — нашем и наших детей и братьев. А также о мире и согласии между всеми людьми. Чтобы мы не молились о своем преуспеянии в легкомысленных удовольствиях, в делах скверных и неполезных, в своих порывах ненависти, гордости и зависти к себе подобным. Но чтобы молились о том, чтобы с нами пребывал дух Боголюбия и человеколюбия, дабы мы своей любовью могли ответить на любовь Христа Господа и преуспевать в мире и общении во всеми верующими и всеми людьми, с которыми входим в соприкосновение. Ведь Дух Святой есть мост единения между верующими, Он — открытость и дружелюбность верующего ко всякому человеку, Он подает каждому свой дар — и желание использовать этот дар на пользу другим. Дух есть общее благо всех, Он Тот, в Ком мы встречаемся и чувствуем себя единым целым. Где раздор и вражда, там нет Духа. Там не может быть и истинной молитвы, молитвы «в духе».

Итак, нам должно молить Бога, да подаст нам силу сохранять единство духа в союзе мира (Еф. 4, 3). Молясь «в духе и истине», мы сможем всё больше и больше ощущать, какой великий смысл содержится в благословении этого великого апостола: Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа да будет со всеми вами (2 Кор. 13,13)[2].

Протоиерей Думитру Стэнилоае
Перевела с румынского Зинаида Пейко

Сокровища Николая Чудотворца

starinnye-ikony-nikolaja-ugodnika-2_1
IMG_20190522_212602
Господь сказал – «трудно богатому войти в Царство небесное» (Мф 19:23). Но Господь не говорил, что богатому в Царство небесное войти невозможно. Если бы Он так сказал, тогда многие богатые наследники, заведомо без всякой своей вины были бы лишены Царства. Был бы лишен его и царь Неманя, который имел «семь башен грошей и дукатов». Были бы исключены все, кто считался богатым в этом мире, но, несмотря на это мы читаем их имена в церковном календаре.

Нет, братья мои, благой Господь никого не лишает Своего Царства, ни перед кем из ищущих вечной жизни, какого бы звания он не был, вечной не затворяет врата. По неизреченному человеколюбию Бог хочет, что все спаслись, и никто никому не может помешать спастись, если сам себе не помешает.

Богатому трудно войти в Царство не потому что он богат, а потому что редкий богатый может победить искушения, исходящие от богатства. Редкий богатый может удержаться от злоупотребления богатством, мало на свете богатых, которые на свое богатство не купили ад вместо рая, вечные муки вместо вечной жизни. Мало тех, кто не прилепился сердцем к богатству и не отпал от Создателя. Мало, но такие были. Трудно богатому войти в Царство небесное, но некоторые вошли. Вошел святитель Николай, вошел царь Неманя, вошли другие. Богатство не помешало, а даже помогло им войти в Царство и в календарь святых, ибо они употребили его во славу Божию и для спасения ближних. Обладая богатством, внутренне они были свободны от него. Все, что они имели, они считали Божиим имением, а себя рабами Божиими и казначеями чужого достояния, которым они распоряжались и раздавали согласно евангельским заповедям. Так они спасли свои души и помогли спастись другим. Это мужественные души, которые не дали богатству победить себя, но сами стали его победителями.

starinnye-ikony-nikolaja-ugodnika-2_1

Помимо земного сокровища святитель Николай обладал еще тремя сокровищами, превосходящими по цене земные – сокровище веры, сокровище правды и сокровище милосердия. Раздавая, из любви к Христу, свое богатство бедным он сам обеднел. Но те три сокровища умножались в нем до конца его земной жизни, чем больше веры отдавал он людям, тем богаче становился, чем больше ревновал о правде Божией, тем полнее становилась его душа, чем больше милосердия изливал он на людей, тем мягче становилось его сердце. Вера, правда и милосердие, вот небесные сокровища, которые от отдачи умножаются. Вера, правда и милосердие, вот три сокровища святителя Николая, которые он оставил в наследство Церкви и которые остаются нерастраченными. Это тройное сокровище оставил святитель Божий в наследство и вам, поминающим и прославляющим его сегодня. Знайте, прославляющие святого Николая, что ему приятнее отдать вам, нежели принять от вас.

Вера святого Николая была чиста как хрусталь и крепка как алмаз. Он доказал это в Никее, когда подвергая опасности собственную жизнь, защитил православие от еретика.

Правда Божия в святом Николае была яркой как солнце. Он показал это, когда не дал палачу казнить трех невинно осужденных мужей. Святитель подбежал и успел собственной рукой вырвать меч из рук палача, снова ставя под угрозу свою жизнь.

А милосердие святого к нищим и убогим было подобно милосердию Христа. Он раздал как милостыню все свое имение, как правило, делая это в тайне, обрекая себя на голод и бедность.

Но этот великий раб Божий не страшился ни еретиков, ни палачей, ни голода. Он твердо знал, что Всевышний внимателен к Своим верным слугам, так и было, Всевышний защищал его до конца жизни и так прославил его после смерти среди ангелов и людей, как прославлял немногих.

Но кроме трех великих духовных сокровищ – веры, правды и милости, святой Николай имел неисчерпаемую ризницу духовных благ, в ней были сокровища кротости, воздержания, поста , молитвы и смирения. Эту ризницу переполненную духовными и нравственными сокровищами оставил дивный святитель Христов в наследство вам, православным христианам. Сегодня эта ризница широко распахнута и ее сокровища открыты для вас. Угодник Божий примет от вас и свечи и молитвы и славский хлеб не в дар, а в благодарность. Он сам сегодня предлагает вам свои дары. Если вы примите их, то и он примет вашу благодарность, но если вы его дары отвергнете, то и он ваши отвергнет. Смотрите, чтобы не презрели вы тех даров, которые предлагает вам этот богач Христов.

И еще запомните, и возрадуйтесь – святитель Николай не писал книг, не проливал мученически крови за Христа, и все-таки, он почитаем больше многих святых, мудрые писавших книги или мученически пострадавших за Христа. Тайна сия велика и чудесна. Это дело промысла Божия, этим благой Господь хотел показать, что Он вводит в Царство Свое не только мудрых богословов и мучеников, но и бесчисленный сонм добрых душ, хранивших истинную веру и исполнявших заповеди Божии. А таких среди верующих было и есть множество, среди тех, кто не говорил, а делал, не писал книг, но дышал Духом Божиим. Правда, мудрые богословы и мученики многочисленны, но все же они в меньшинстве по сравнению с великим множеством тех последних, прославленных не как богословы и мученики, а как молчаливые и верные рабы Христовы, как святой народ Божий.

Святитель Николай – народный святитель, совершенный образ тех, кто, слыша слово Божие, спешил исполнить его и научить своим примером других. В этом причина того, что угодник Николай почитаем более многих святых учителей и мучеников. Это основание для того, что Церковь посвятила ему кроме этого дня , который празднуем мы сегодня, каждый четверг каждой недели года, наряду со святыми апостолами, ему – Николаю Мирликийскому чудотворцу.

IMG_20190522_212645

Икона над мощами св.Николая в Бари

Богу нашему слава, святителю Николаю честь и похвала, а всем вам мир и здравие и радость и благословение на веки. Аминь

 

Нельзя молиться без доверия Богу

81391922911d34cab42d4817fbd22d3a
Верующий человек должен быть уверен, что Бог слышит его молитвы. Как иначе? Можно ли допустить в этом сомнение? Сомнение сделает молитву бессильной, и крылья души тихо опустятся. Но где мы ищем подтверждения тому, что наши мольбы услышаны? Чаще всего — в исполнении конкретных просьб: «Я помолилась — и мама выздоровела», «Отслужили молебен — и проблема с жильем разрешилась». А если не выздоравливает близкий человек, если не разрешаются проблемы, не отступают несчастья, если в страшной беде не видно просвета, не слышно отклика, и кажется, что молитва наша разбивается о небесный свод и падает наземь?
Неполучение просимого — это очень трудно принять, потому что это — вопрос нашего доверия Создателю и наших личных отношений с Ним. Как избежать уныния и отчаяния при неисполнении прошений? Отвечает священник Александр Домовитов — ключарь Свято-Троицкого собора в Саратове.

Иерей Александр Домовитов

Весь вопрос в том, чего именно ищет обращающийся к Богу человек. Если он ищет только исцеления от болезней, только разрешения каких-то проблем, только того, что он сам воспринимает как благо, и ничего другого ему от Господа не нужно — тогда он действительно не найдет благодатной помощи и придет в отчаяние. Если же человек ищет жизни в Боге и спасения души — тогда он должен положиться на волю Божию, которая совсем не обязательно совпадает с нашей волей. И со смирением принять то, что дает ему Господь.Когда мы молимся о каком-то благе для себя, мы выражаем свою человеческую волю. Но человеческая воля должна быть подчинена воле Божией — именно так, а не наоборот. Не мы указываем Богу, как Ему надлежит действовать в нашей жизни, а, напротив, Он учит нас тому, как мы в своей жизни должны действовать.

Молитва о другом человеке — это проявление любви к нему, это исполнение заповеди Божией о любви к ближнему. Но если Господь не исполняет нашей молитвы о ближнем — это не значит, что Он не слышит ее. Любящему достаточно сказать несколько слов, и Господь его молитву услышит, потому что она идет из сердца человеческого.

Однако Господь может иметь другой Промысл о судьбе того человека, за которого мы молимся. Господь знает о нашем ближнем гораздо больше, чем знаем мы. Он сердцеведец, Ему известно, сколько может понести человеческая душа, сколько она способна страдать — для того, чтобы терпением своим заслужить милость Божию. Воля Божия, милость Божия может излиться таким образом, что человек получит исцеление от болезни, а может излиться иначе — человек будет болеть еще тяжелее. Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие — эти слова апостола Павла приводятся в Деяниях святых апостолов (14, 22). Молясь о здоровье близкого человека, нужно помнить, что болезнь — это, может быть, та самая скорбь, которая послужит его спасению.

Это не значит, что в тяжелых ситуациях у нас не может быть надежды на помощь Божию. Надежда обязательно должна быть у человека. Если он не имеет надежды, он и молиться-то не будет. Когда человек молится с надеждой, он имеет правильное устроение души. Он доверяет Богу, он знает, что Господь — единственный, кто может помочь ему на самом деле. Врачи, лекарства, какие-то меры, предпринимаемые для выхода из сложной ситуации,— все это лишь средства Господней милости.

Но надежда на Бога невозможна без преклонения перед Божией волей — да будет воля Твоя яко на небеси, и на земли. Сам Спаситель нам в этом пример: вложи меч в ножны; неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец? — говорит Он апостолу Петру, готовому защитить Учителя от тех, кто пришел схватить Его и предать казни (Ин. 18, 11).

«Неисполняющаяся» молитва, на самом деле, полезна молящемуся. Она вырабатывает в нем доверие к Богу и терпение, которого нам так не хватает. Молясь «безрезультатно», человек учится настоящей надежде на Бога, помня, что у него — и волосы на голове все сочтены (Мф. 10, 30; Лк. 12, 7). Мы должны научиться каждое свое моление продолжать тем, чем продолжил Христос Свою гефсиманскую молитву: впрочем не как Я хочу, но как Ты (Мф. 26, 39) или — впрочем не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22, 42).

Но для того, чтобы начать этому учиться, надо иметь хоть чуть-чуть смирения. И понимать, что Господь — Начальник твоей жизни, Творец, Создатель твой. Если человек этого не осознает, он не сможет произнести этих слов — Христовых, гефсиманских — ему будет слишком тяжело их произносить. Он к этому не готов, у него нет того внутреннего устроения, которое помогает принять то, что происходит сейчас в его жизни. Только осознав, Кто есть Господь и кто есть человек, мы можем иначе посмотреть на свою жизнь; понять, что не только наша воля действует в этом мире, но и воля Божия, которой подвластно все и вся.

Человек — не хозяин своей жизни, слишком многое в ней зависит не от него, поэтому ему свойственно искать защиты. И очень часто люди приходят в храм именно с надеждой эту защиту получить: «Буду ходить, молиться, причащаться, глядишь, Господь и помилует меня со всеми моими близкими». Но на самом деле, мы должны приходить в храм, чтобы исполнить заповедь о дне субботнем (см.: Исх. 20, 10) — посвятить этот день Богу; а получим ли мы за это награду, защиту в бедах, помощь в трудностях — это нужно оставить на Его усмотрение. Прощать или не прощать, жалеть или не жалеть — это все во власти Божией. Многие люди, приходя на исповедь, называют свои грехи, но не чувствуют мира в душе после исповеди — почему? Потому что неправильно относятся к этому таинству: сами себе прощают на том основании, что исповедались. Не помнят, что это право принадлежит только Богу. Мы христиане, значит, ученики Христовы, и наше дело маленькое — слушать Бога и исполнять то, о чем Он нас просит, не ожидая наград.

Никаких иных наград не нужно человеку, который чувствует милость Божию, изливающуюся на него. Он явственно ощущает эту любовь, эту благодать. Тот, кто хоть малую частицу благодати Божией воспринял, понимает: вот оно, вот то сокровище, которое нужно искать, ради которого нужно жить. Хотя это, на самом деле, только очень маленькая частичка — то, что человеку можно сейчас открыть. А полнота ожидает нас в Царствии Небесном: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9).Мы действительно не можем представить себе того, что ждет нас в вечности — в то время как земные беды и радости нам хорошо знакомы. Но при этом каждому из нас Господь дает эту частицу благодати, возможность ощутить Рай — в той или иной, пусть совсем небольшой мере. Это сродни добрым, светлым воспоминаниям детства. Радость детских лет с нами потом всю жизнь, она играет огромную роль в наших судьбах. Так же и с благодатью Божией. Вот ее-то мы и должны искать и знать, что эта суетная жизнь неизбежна, пока мы здесь живем. Шесть дней работай и делай всякие дела твои (Исх. 20, 9), но не забывай о главном, о цели своей жизни, не прилепляйся душой ни к чему земному, не отягощай сердца своего заботами житейскими, не привыкай жить в суете. Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться… кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? (Мф. 6, 25, 27)

В то же время, в конкретных житейских прошениях нет никакого греха, и нет нужды от них отказываться: величие Господа нашего проявляется еще и в том, что Он снисходит до наших бытовых проблем, до наших, казалось бы, мелких нужд. Возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает (Пс. 54, 23). Доверяйте свои печали Богу. Когда человек говорит: я не стану Всевышнего беспокоить, я лучше уж сам тут как-нибудь — он впадает в мелкую гордыню.

Довериться Богу на самом деле трудно, очень трудно. Особенно — тому человеку, который привык жить по собственной воле, который привык, что его слушают и его волю исполняют другие. Для такого человека просто не существует другого мнения, даже человеческого. Однако ему становится тоскливо, ему чего-то не хватает. Чего же? Мира в душе. А мир в душе бывает от сознания своей немощи. Своих ошибок, своих грехов. Когда человек смиряется, он понимает: да, я не тот, кем себя всегда представлял; есть Господь, во власти Которого все в моей жизни и сама моя жизнь. Доверие к Богу приходит через скорби, через страдания.

В скорбях и потерях многие люди задают вопросы: зачем эти скорби, отчего они, за что? Вроде бы ни в чем таком не виноват, не хуже других… Но ведь Господь через эти скорби спасает нас, ведет в Царство Небесное. Если человек это понимает, он согласен еще и на большее. Если нет — он согласен на все, лишь бы избавиться от этих скорбей. Это означает, что он отказывается от любви Божией. А от этой любви нельзя отказываться.

Записала Марина Бирюкова

Слово батюшки Алексия Мечева в неделю Антипасхи

vera_i_neverie

vera_i_neverie

После проведенной нами Четыредесятницы Великого Поста мы вступили в новую четыредесятницу, но совсем другого свойства. Там мы оплакивали свои грехи, исповедывали свои немощи, смиряли себя постом и воздержанием – по всему были как виновные и просящие милости, отпущения грехов.

Новая четыредесятница, начавшись славным Воскресением Иисуса Христа, поставила и нас в новое светлое состояние христианина, освобожденного от осуждения, воскрешенного для новой св. жизни, уверенного в дарованном ему вечноблаженном безсмертии.

Там мы видели образец себе в нашем Господе, как Он, вступая в дело спасения рода человеческого, провел 40 дней в строжайшем посте, в уединенной молитве, в борьбе с врагом невидимым.

Здесь мы видим Того же Господа, в течение 40 дней являющегося Своим ученикам, но видим Его прославленного, победоносного, торжествующего над всеми врагами. Как утешительны для нас эти многократные явления Господа по Воскресении Его Своим ученикам. Все они свидетельствуют о величайшей любви Господа к верующим в Него.

Вот первое уверение в этом, приобретенном христианами благоволении Господа: Он, воскресший, являлся только Своим, только ближайшим ученикам, только верующим в Него. Кажется, отчего бы Господу не явиться опять в Иерусалиме пред лицом Своих коварных врагов, архиереев, книжников и фарисеев? В какое смущение, стыд, поражение привел бы их тогда пред народом, пред теми, которых они научали против Господа.

Так нам кажется, братие, по нашему тщеславию, властолюбию: это мы любим видеть посрамление врага, это мы хвалимся победою над противником. Это нам лестно попирать ногами своими того, кто думал нам сделать зло.

Господь наш любвеобилен, Он щадит врагов Своих. Он дает им самим сознать свою вину, убедиться в своем преступлении и добровольно придти к Господу.
Была ли польза от того, если бы Он явился во славе Своим врагам? На минуту может быть они были бы поражены, – но затем что?

Если сами ученики Господа не вдруг встретили Его с верою, но о радости считали то мечтою, то приведением, то одним явлением духа, – тем более противники, ослепленные страстями, злобою, встретили бы Его сомнением, неверием и новым приливом злобы и ненависти.

Да, если бы и обратились – надолго ли?

Мы видим среди самих себя, как люди мыслящие не хотят признать явной истины, но упорно отвергают ее, по внушению гордости и из желания прославить себя.

Нет, Господь являлся тем, кои, хотя и поражены были скорбию о смерти Его, хотя, казалось, и потерявшими веру в Воскресение Его, – во в одну минуту, когда Он был среди них, когда Он по-прежнему сидел с ними, вел Свои чудные знакомые им речи, даже ел и пил с ними, показывал им Свои раны и язвы – в одну минуту эта печаль, это сомнение преобразовывались в радость, в уверенность, в такую привязанность, ради коей они готовы были идти на площадь, перенести страдания, принять мучительную смерть. И, смотрите, как разнообразны были явления Господа! Он является женам первым, чтобы вознаградить их за то мужество, с коим они были с Ним до последнего Его вздоха; Он является Петру, отвергшемуся от Него трижды, чтобы ободрить его и снова возвратить ему звание Апостола; Он является двум ученикам на пути, чтобы два свидетеля могли более уверить Апостолов и, наконец, когда все Апостолы были подготовлены, находились в трепетном ожидании, уже томились от нетерпения, – тогда Он стал среди их, чтобы благословить их на великое дело, которое предстояло им после Него. Он явился всем верующим, чтобы уверить их в Своем Божестве.

Новое уверение в любви к христианам Господь явил в том, что Он показал в Своих явлениях Свою заботливость о всех нуждах Своих учеников. Господь является и всем ученикам, и наедине одному, двум. Это значит, Господь печется как о всей Церкви, так и о каждом верующем.

Господь являлся не раз, и не два, но много раз. Это значит, что в каком бы состоянии, обстоятельствах ни были мы, Он всегда присущ нам. Господь явлениями Своими всегда приносил какую-либо радость, помощь, утешение: вот Мария стоит у гроба Господа и плачет, – а Он за нею, чтоб утешить скорбящую. Вот два ученика идут в Эммаус и в недоумении изливают свои скорби душевные, свою разбитую надежду, – а Господь как раз тут, чтобы разогнать эти сомнения. Апостолы заперли свои двери, Фома не верит, доколе не осяжет Его раны, и Господь удовлетворяет всех.

Не утешительно ли и нам, христиане! Христос обещал быть вечно с нами: чего же нам бояться?

Праведный Алексий Мечёв