ХРАМ АЛЕКСИЯ МЕЧЁВА В ВЕШНЯКАХ

РПЦ, Московская городская епархия

о батюшке Алексие Мечёве

Как стяжать любовь к ближним?

IMG_20190101_155553

Иногда приходится слышать: «Я православный/православная, но не могу полюбить своих собственных родителей, детей, мужа, жену, то есть тех, кого вроде бы точно должен любить, что называется, “по умолчанию”». Что можно ответить на эти слова? И как стяжать любовь?

«Отвергнись себя» – вот путь к тому, чтобы стяжать дар любви.

IMG_2107

Протоиерей Георгий Бреев:

– Любовь – это высоко. Сказано: Бог есть любовь (1 Ин. 4: 8). Не любящий ближнего не может любить Бога (ср.: 1 Ин. 4: 20), – говорит апостол. Это все ясно.

Для того чтобы стяжать любовь, надо глубоко познать себя и признать, что я не достоин этого дара. Я еще ничего не сделал для этого. Христос сказал: Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16: 24). «Отвергнись себя» – вот путь к тому, чтобы стяжать дар любви.

Как Сам Господь к нам явил Свою глубочайшую любовь? Он явил нам ее на Кресте. Он отверг Себя – и на Голгофе, и все время ранее исполнял волю Божию. Конечно, Христос и Сам есть источник Любви. Но и нам Он завещал пребывать в Нем, как Он в Отце (ср.: Ин. 6: 57). А для этого требуется отбросить свой эгоизм, все свое несовершенство (см.: Мф. 5: 48).

Когда мы при более-менее внимательной жизни начинаем видеть свои недостатки, боремся с ними и как бы отрицаемся их, в нас открывается возможность видеть, понимать, ценить, а, может быть, потом даже и любить другого человека. Как бы он к нам, казалось бы, ни относился совершенно недолжным образом, не так, как нам самим хотелось бы…

Вот здесь мы опять и видим разность завещанного нам в Евангелии духовного пути от той обыденной логики жизни, которой мы привычно придерживаемся в нашем повседневном бытии.

«Холодное сердце никогда не войдет в Царство Небесное»

12cf03076ab0ee4a28ccfe7e5471c80d

Священник Александр Дьяченко:

– «Стяжать» – какое красивое слово! У нас в русском языке словом «любить» обозначается всё что угодно. Для одних «любить» неразрывно связано со словом «сожрать». «Я так люблю устрицы, а я макароны, а я – бараний бок с гречневой кашей…» Это «любовь» обжоры и сластолюбца.

Для другой ситуации «любить» – снисходить к тебе, другому. Я «люблю» тебя, значит, позволяю тебе служить МНЕ, угождать МНЕ и за это тебе довольствоваться крошками с моего праздника жизни. Такова «любовь» эгоиста.

Если вы пользуетесь словом «стяжать», я делаю вывод, что человек вы религиозный, возможно даже христианин и ходите в храм. Раз так, то всякий раз, входя в церковь, вы оказываетесь перед Распятием. Что такое для нас Распятие как не высший символ подлинной любви? Любовь и самоотвержение – понятия неразрывные.

Вы хотите научиться любить самых близких вам и дорогих? Замечательно! Тогда сойдите с пьедестала любви к самому себе, самоугождения и саможаления. Учитесь работать Христу. Начинайте с малого. Исполняйте заповеди, отвергая себя, угождайте тем, кто вправе рассчитывать на ваше внимание, заботу и тепло вашего сердца, – вашему мужу, вашей жене, детям, родителям. Молитесь за них и помните: холодное сердце в Царство Небесное не войдет. Никогда.

Великая христианская идея любви как служения

Протоиерей Федор Бородин:

– Может, мы немножко путаем? Нам кажется, что любовь – это очень красивая и утешительная эмоция. Но эмоции – лишь составляющая того, что называют любовью. Вообще настоящая любовь – это действие, волевое действие. Не можешь больше любить? Но ты же хочешь быть счастлив в семье? Ты создала семью, но у тебя больше нет любви к мужу? Значит, это в тебе что-то изменилось. Вряд ли это муж сильно изменился. Какой-то механизм надо заново завести, чтобы он снова заработал. Это как если у машины перестал работать мотор, который должен крутить колеса, ее могут прицепить к толкачу. Тогда он заводит мотор через то, чтобы крутились колеса. Так и здесь: ты делаешь дела любви, и сердце твое снова начинает любить.

Человек ведь очень сложен. Он состоит из разума, сердца, воли. Когда-то человек действует, потому что его сердце любит. Иногда он знает, как надо по любви, а сердце молчит. Его воля сначала понуждает действовать, а потом и сердце заводится. Дела любви – самое главное, с помощью чего можно вернуть любовь.

Надо служить другому человеку. Это великая христианская идея служения – любви как служения. Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих (Мф. 20: 28).

Точно так же и здесь: служи! Вот что такое любовь. Например, тебе не хочется заниматься с детьми уроками, хочется пойти в кино. Но ты же отец. Послужи своим детям, яви им свою любовь.

Чем ближе ты к Богу, Который есть Любовь, тем больше в твоем сердце любви

051d6e0b-37f0-416d-ba51-36e826ae858e

Священник Валерий Духанин:

– Вспоминаю архимандрита Кирилла (Павлова) и думаю: откуда у него было столько любви – чистой, терпеливой, жертвенной, постоянной? Когда он слышал твой вопрос, то весь был с тобой, а сам ты рядом с ним чувствовал себя как в Раю. Кстати, есть и сейчас духовники (пусть простят меня, что не называю имен во избежание столпотворений), рядом с которыми ты погружаешься в это неизреченное Царство Любви. Что я замечаю в душах этих удивительных людей, источающих любовь? Замечаю то, что они забывают себя ради ближних; не имеют обид, если кто-то поступает иначе; радуются, когда у чада наступил в жизни успех; переживают, когда у чада случилась беда, и помочь стараются чем-то конкретным, а не расплывчатым сочувствием.

Почему же у них вот так? Ответ очень прост: чем ближе ты к Богу, Который есть Любовь, чем больше в тебе Божиего, а не своего, тем больше в твоем сердце любви.

Ответ прост, но исполнить непросто.

Есть, конечно, методики психологические, разработанные для преодоления конфликтов. Но, зная жизнь самих психологов и их собственные неудачи в личной жизни, их сложности в кругу близких взаимоотношений, думаю, что дело не в психологии. А дело в том, что либо ты стараешься жить духовной жизнью, либо живешь как придется.

Если я чувствую некую неприязнь к какому-то человеку, то для меня это определенный сигнал: во мне что-то не так, неправильно. То есть причина не в другом человеке, а во мне. Я начинаю рассматривать, из-за чего это пришло. В каждом случае это движение какой-либо страсти, а их ох как много оказывается. Мы не любим ближних по нашей греховной немощи. Иногда это даже просто отсутствие сострадания к человеку. Да, он ведет себя неподобающе. Но он ведь сам от себя страдает, а мы не хотим помолиться о нем, не пытаемся ему помочь теплом сердца, каким-нибудь простым добрым поступком.

Представь, что в детстве у тебя был брат (или сестра), которого ты очень любил, а потом он пропал, и ты не знал, что с ним случилось, да и жив ли он, и много времени переживал о нем. И вот спустя много лет вдруг окажется, что Бог сохранил его жизнь, даже привел его в твой город, и ты, не узнав в нем потерянного брата (или сестру), уже вступил с ним в конфликт. Когда ты обнаружишь, что он и есть твой родной, которого ты просто не узнал вовремя, то сколько же будет радости и как же мелок покажется конфликт! Но если задуматься, каждый человек – наш брат или сестра в прямом смысле этого слова. Все – дети Адама, кровно родные, а если сказать точнее и глубже, все – чада Божии. Когда мы смотрим на своих маленьких деток, как они препираются друг с другом из-за каких-то мелочей, то нам ведь хочется, чтобы они любили друг друга. А теперь подумаем, каковы мы в очах Божиих, что всё время препираемся, не хотим и в малом потерпеть или хотя бы просто затворить уста и молиться Господу. Как ни крути, наши конфликты совсем не стоят того.

Вот вспоминаю, что в древнее, ветхозаветное время для развода был достаточен повод, излагаемый в страшной формулировке (ибо истолковать можно в угоду себе): муж может развестись с женой, если оннаходит в ней что-нибудь противное (Втор. 24: 1). Но чистый видит всё чистым вокруг, добрый и к другим с добром относится. Когда же ты сам противный, то противными тебе кажутся все вокруг и прежде всего тот, кто находится в непосредственной близости. Негатив порождает негатив. Так, в замкнутых коллективах очень легко прослеживается, как колкость одного провоцирует колкость другого, сухость – сухость, жестокость и безразличие – подобное же холодное отношение. А на любовь, доброту, теплоту откликается любое сердце.

Поймем наконец, что противными бываем прежде всего мы сами, – и будем работать над собой! Вот он, единственный путь к созиданию любви.

А чтобы мы видели свою немощь и знали свои греховные страсти, Господь поставляет нас в такие ситуации, в которых мы с очевидностью вдруг обнаруживаем, что в нас-то любви нет. Мы не терпим порой самых близких, выходим из себя по каким-то глупым поводам и бываем готовы поколотить тех, кто рядом, только потому, что их образ жизни не по нам. Господь подает нам такие ситуации, чтобы мы увидели, над чем работать, в чем каяться, о чем горячо молиться, чтобы преодолеть в себе эти страсти.

Собственно, весь строй православной жизни – очищение сердца, исповедь, доброделание, богослужения – направлен к тому, чтобы стяжать любовь как венец духовных трудов. Надо только не относиться формально, а жить этим.

Представь, что ты только что с кем-то препирался и вдруг тебе дали какой-то невероятно огромный подарок, то, чего ты не чаял, чему несказанно рад. При этой вдохновенной радости непременно поблекнет, отступит в сторону, как уже не актуальная, бывшая неприязнь. Радость настолько захлестнет, что ты на это время забудешь обиды, брезгливость, поводы для раздражения. Но всякая земная радость кратковременна, и чувство земной радости подобно крупной волне, поднявшейся, пошумевшей, а затем разбившейся о берег. Земные восхищения угасают. Приобщение к Богу, приобщение небесным сокровищам совсем иного характера, и такой человек становится обителью Любви.

Кто не имеет любви, тот не имеет и радости.

Кто не имеет любви, тот никогда не будет счастлив.

Кто обрел любовь, тот нашел ключик к решению всех вопросов – семейных, жилищных, профессиональных, социальных. Вообще всех вопросов, но прежде всего духовных!

Обретает же любовь только тот, кто взошел к единению с Господом.

Даруй нам, Боже, быть с Тобой и любить всех, кого Ты ставишь по жизни рядом с нами!

Любовь – удел смиренного сердца

– Как стяжать любовь – это вопрос и дело всей нашей жизни. Любовь – удел смиренного сердца. Когда совершенно себя уничижишь и осудишь, когда сам себя растопчешь и переплавишь в горниле покаянной молитвы, тогда узнаешь признаки приближения любви. Дело это не совсем человеческое.

Очищай сердце, избавляйся от прилогов гнева, осуждения и похотности, и в нем действием Божиим поселится любовь.

Эти моменты воистину драгоценны!

– За редким исключением любовь к родному, близкому человеку как бы живет в глубине души и бывает закрыта от ясного ее осознания множеством повседневных забот, переживаний и чувств. И только в какие-то моменты, относительно редкие, как бы открываются очи души, и мы во всей доступной полноте осознаем, как мы любим близкого нам человека. Эти моменты воистину драгоценны! Но и в остальное время жизни важно нам помнить о своей любви и сознательно быть достойными того чувства, которого сподобляет нас Господь, стараться быть, если можно так сказать, ответственным хранителем любви, делать всё, что соответствует высоте этого чувства, то есть проявлять заботу, терпение, снисхождение, великодушие в отношении близкого человека, молясь от всей души о нем самом и о сохранении и умножении любви. И это будет прямым исполнением заповеди Господа о любви к ближнему в свете любви к Богу, без которой истинная любовь к человеку невозможна.

Семейное благополучие строится на взаимном стремлении сделать счастливым любимого человека

– Когда речь заходит о стяжании любви к человеку, необходимо помнить о связи любви между людьми с любовью к Богу. Какова эта связь? Если мы не любим человека или наша любовь в чем-то ущербна, это говорит об ущербности нашей любви к Богу. А поскольку любовь к Богу есть исходное начало всякой истинной любви, то задуматься следует, прежде всего, над тем, как эту любовь стяжать. И вот на этот вопрос в Священном Писании есть предельно ясный ответ. Господь говорит: Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня (Ин. 14: 21). Соблюдение заповедей Христовых – это не только показатель любви к Нему, но и путь, на котором эта любовь обретается! Но, поскольку заповеди Христовы говорят нам, прежде всего, о правильной любви к самому себе и к ближнему, то и получается, что «любовь к ближнему есть стезя, ведущая в любовь к Богу».

Иными словами, если человек ищет в себе любовь к ближнему и не находит, все свое усердие он должен направить к тому, чтобы во всем поступать с ближним так, как велит ему Христос. И здесь ключевой момент в том, чтобы помнить, что Христос призывает нас к жертвенной любви: да любите друг друга, как Я возлюбил вас (Ин. 13: 34). А значит, настоящая любовь всегда жертвенна.

От недостатка жертвенности более всего страдает любовь семейная. Почему так? Потому что, когда семья только в начале своего пути, ее очень поддерживает свежесть чувств периода ухажерства. Постепенно эта свежесть уходит, на смену ей вместе с бытовым однообразием приходит скучная будничная повседневность, представляющая собой первую опасность для еще неокрепшей юной любви. Эта опасность становится особенно угрожающей, когда появляются дети и нагрузка на молодых родителей многократно увеличивается. Как выйти победителем из подобной опасности? Как не допустить увядания еще слабого росточка любви, который именно таков в молодой семье? Очень важно помнить о том, что семейное благополучие строится не на стремлении стать счастливым, а на взаимном стремлении сделать счастливым любимого человека. А потому не должно быть такого труда, который не понес(ла) бы супруг(а) ради супруги(а) и супруги ради детей. Если же отношения уже зашли в тот тупик, в котором они оказываться не должны, то и здесь не следует отчаиваться. Надо срочно вспомнить о том, что есть такой путь – путь самоотречения, на котором человек, шаг за шагом «сдувая пепел» самолюбия, под которым, как кажется, уже не осталось ничего живого, вновь сможет ощутить тот огонь взаимной любви, что был таким естественным в начале семейной жизни. Хотя, разумеется, это нелегкий труд, но разве не стоит потрудиться ради любви?!

Подготовили Юрий Пушаев и Ольга Орлова

 

Рождество Христово и я

Screenshot_2019-01-07-22-33-16-103_com.instagram.android

Дни святок настолько насыщены присутствием великого праздника Рождества Христова, что невозможно говорить о чем-либо еще, кроме как о смысле этих дней. Невозможно оставаться в стороне, потому что это настолько яркий праздник в жизни Церкви и всех нас, что дух захватывает от осознания факта воплощения Господа ради человека. Поэтому сегодня, во время нашей встречи, мы попытаемся сказать несколько простых слов об этом величайшем событии.

Опыт жизни Церкви и опыт святых отцов подтверждает, что каждый раз, когда мы предстаем перед Богом, – то ли молясь, то ли находясь в храме в дни церковных праздников, то ли в любой другой ситуации, когда мы встречаемся с Господом, – это наше стояние перед Ним имеет две основные характерные черты. Прежде всего, мы наполняемся радостью, потому что видим, насколько велика Божия любовь к человеку. Умиление и благодарность наполняют наши сердца, когда мы понимаем, насколько велик Божий дар. Но одновременно это наше стояние перед Господом Иисусом Христом является и судом для нас. Особенно в эти святые праздники, через которые вспоминается земной путь Христа, Его проповеди, Его деяния, все эти события производят суд над человеком, и суд этот – спасительный. Этот суд не осуждает человека, но спасает.

Таким образом, мы встречаем праздника Рождества Христова, с одной стороны, чтобы ощутить великую любовь Господа к нам и наполнить свои сердца глубокой благодарностью к Нему за все те неисчислимые блага, дарованные нам, а с другой стороны, что гораздо полезнее в практическом смысле для нашей души, – для того, чтобы совершить суд над собой. Потому что, как говорит апостол Павел, если мы осудим себя сами, то не будем судимы Господом. То есть если будем судить себя в этой жизни, то не будем судимы в последний день, потому что суд состоится уже здесь, на этом этапе нашего бытия.

Ныне мы стоим лицом перед великим праздником Рождества Христова, живем в его атмосфере, чтобы проверить себя, совершить суд над собой, критерием которого является все то, что Господь совершил ради нашего спасения. Ведь мы знаем, что Господь ничего не делал случайно и не поступал по стечению обстоятельств, но все было направляемо Им, все произошло по Его воле, и даже до последней мелочи. Его волей было родиться в это время, таким способом и в этом месте.

Тот факт, что благодаря празднику Рождества Христова мы подвергаем себя суду, отражен в житиях святых угодников Божиих. Мы видим, что всякий раз, когда что-то происходило в их жизни, они сопоставляли себя и свою жизнь с жизнью Христовой. Нередко от людей Божиих, оказавшихся в затруднительной ситуации, можно услышать, как они вспоминают события из жизни Христа, пытаясь понять, насколько их действия соотносятся с тем, как поступал Сам Господь. Ведь мы хотим верить, что христианином является тот человек, который старается подражать Христу, в меру своей человеческой природы, конечно же, а то, в чем не удается подражать, он восполняет через покаяние, смирение или скорбь, через всю ту духовную работу, которую он творит внутри себя.

В эти святые дни, когда наша Церковь воспевает великое снисхождение Господа к человеку и через дивные песнопения раскрывает глубочайший богословский смысл этого праздника, добродетельнейшие мужи, старцы, стоят в алтаре как осужденные, взирая на события Рождества Христова. Помню, когда старец Ефрем Катунакский вернулся из Иерусалима, мы пошли к нему порасспрашивать о святых местах. Мы ожидали, что он скажет, как его взволновало посещение мест избиения Христа и Голгофы, однако больше всего его поразила пещера Рождества Христова в Вифлееме, потому что, находясь там, он поставил себя перед теми событиями, что произошли в этой пещере две тысячи лет назад. Он сказал нам, что раньше думал, что, живя в этом небольшом домике отшельника в Катунаки, у него было ощущение, что он что-то значит, что он что-то сделал в этой жизни, раз живет в пустыне. Но с того момента, как он увидел, где родился Христос, он по-настоящему замолчал, он почувствовал, как его «я» стало разрушаться. «Там Христос закрыл мне уста», – сказал отец Ефрем. Ведь Христос родился в пещере, гонимый и презираемый всеми людьми, не имея даже где главу преклонить. Никто, кроме простых пастухов и персидских волхвов, не знал, что в ту ночь произошло величайшее событие в истории человечества – воплощение Бога, которое совершилось в крайней нищете, в крайнем смирении и тишине и в совершенной безызвестности.

Каждый раз, когда жизнь будет испытывать нас различными трудностями, мы можем ставить себя перед вифлеемской пещерой, чтобы рассудить, насколько то, что мы делаем, и то, к чему стремимся, совпадает с тем, что совершил Господь во время Своего Рождества. По такому же принципу мы можем рассуждать и обо всей своей жизни.

Вы наверняка читали в Патерике истории о людях, которые находились под влиянием какой-либо страсти, то ли злопамятности, то ли мести, то ли самой злобы, которая считается главной страстью. И вот, чтобы помочь человеку освободиться от этой страсти, духовные отцы не устраивали судебных разбирательств, на которых бы они пытались логическими доводами доказать, что хорошо, а что плохо, но было достаточно одного простого разговора о жизни Христа, чтобы убедить этих людей – и нас, впоследствии, – что все, что мы делаем, не подобает нам как христианам. Мы все это ощущаем каждый раз, когда поддаемся нашим чувствам, и наша мирская логика начинает восставать и требовать справедливости, причем мирской справедливости, мирского оправдания, всячески отстаивая свои права. И ты не можешь дать ответ на этот вызов, потому что аргументы, которые тебе предлагает логика, часто подпитаны нашей человеческой слабостью. В такой ситуации человеку необходимо только одно – встать перед событием Рождества Христова и спросить себя: «То, что ты хочешь, или то, что ты делаешь, или то, к чему ты стремишься, или то, о чем ты думаешь, – это все в духе жизни Господа? Поступал ли так Сам Господь? Исследуй этот вопрос, поставь себя рядом со Христом, и тогда, если решишь, что твои действия не противоречат жизни Господа, тогда можешь смело идти вперед».
Screenshot_2019-01-07-22-33-16-103_com.instagram.android
С того момента, когда Христос стал человеком и ангелы пели: «и на земли мир», слова эти стали замечательным лозунгом для всего мира, потому что сегодня мир стал очень дорогим, и его не так просто сохранить. Многие люди, конечно же, под словом «мир» понимают отсутствие войны, волнений, беспорядков. Однако Христос сказал следующее: «не мир пришел Я принести, но меч» (Мф. 10, 34). Что же получается: ангелы говорят одно, а Христос другое? На самом деле, мир, который пришел на землю, – это Сам Господь, ставший человеком, чтобы мы могли Его возлюбить. Тем самым Он показал нам, что наша связь с Богом – это не просто теория. Ты можешь быть верным приверженцем некой философской системы, но тебе никогда не удастся вступить с ней в отношения любви, потому что, как бы сильно ты ни любил эту систему, она тебя никогда не полюбит. В Церкви все наоборот. Здесь мы вообще не сталкиваемся ни с какими теориями. Слово не стало какой-то идеологией или философией, но Слово стало плотью, стало человеком, как раз для того, чтобы мы смогли Его полюбить. И вот когда мы полюбим Его, тогда поймем, что Он полюбил нас еще прежде. В тот момент, когда мы решим подвизаться, чтобы возлюбить Господа, как только совершим первое движение к Нему, мы сразу же ощутим Его великую любовь к нам, которую Он имел к нам еще до того, как мы сделали первый шаг навстречу Ему. Вот такое таинство возможно только в Церкви. Поэтому Христос, будучи миром для этого мира, стал объектом любви. Не объектом веры! Ведь человек должен выйти за рамки веры, надежды и пребывать в любви. Как сказал апостол Павел, что в конце «пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (Кор. 1, 13, 13). Потому что только любовь является эмпирическим и онтологическим фактом, благодаря которому человек по-настоящему может ощутить свою связь с Богом.

Этим путем следовали все, кто возлюбил Господа до конца. Вспомним первомученика Стефана, который, подражая Господу, засвидетельствовал о своей любви к Нему. Святой архидиакон и первомученик Стефан, этот полководец всех мучеников, после того, как его схватили евреи за проповедь о Христе, был вынужден предстать на суд в синедрионе. Во время суда он вновь исповедовал свою веру, и лицо его просияло, подобно ангелу. Иудеи приговорили его к смерти, отвели на место казни и стали бросать в него камни. Законом Моисея эта казнь была определена для самых нечестивых грешников. Только представьте, что вы со связанными руками и ногами брошены в некоем месте, и в вас метают камни, пока вы не умрете. Какая эта страшная и жуткая смерть! Святой Стефан, как сообщает нам Священное Писание, молился в тот момент, однако не о себе, а, подобно поднятому на Крест Христу, молился за людей. Святой Стефан испустил свой последний вздох, молясь за тех, кто побивал его камнями: «Господи! не вмени им греха сего» (Деян. 7, 60, ср. Лк. 23, 34). Таким образом, ум и сердце святого Стефана были заняты не гневом в отношении иудеев и не теми камнями, что в него летели, но думал он лишь о том, чтобы Господь не вменил им этого греха. Если мы хотим проследить, в какой момент Стефан стал подобен Христу, то мы легко заметим, что святой Стефан стал подобен Господу не только в момент своей мученической смерти, но более всего, когда его сердце, ум и любовь были обращены к тем, кто бросал в него камни.

Сегодня вы вспоминали еще одного мученика – святого Маврикия, который был подвергнут ужаснейшим пыткам. В Синаксаре говорится, что он жил в III в., во времена гонений на христиан. Святой Маврикий был схвачен вместе с другими христианами. Когда он отказался предать свою веру в Иисуса Христа, его обвинили и подвергли жестоким пыткам. Тогда император взял отрока, родного сына Маврикия по имени Фотин, и убил его на глазах отца. Пред тем святому Маврикию было сказано: «Если ты не отречешься от Христа, я убью твоего ребенка». Вы только представьте себе ужас этого выбора! Но святой Маврикий остался верен Христу, и его сына казнили. Тогда злой император придумал другую пытку. Он взял Маврикия и его товарищей и приказал отвести их на болото. Там их привязали к столбам, обмазали их тела медом и оставили на съедение мошкаре, слепням, комарам и прочим насекомым, что обитали в тех местах. Но Максимиан не остановился на этой жестокости, а взял тело отрока Фотина и положил перед связанным Маврикием. На протяжении десяти дней мученики претерпевали жестокие страдания, пока не испустили дух.

С того времени, когда Христос пришел на землю и принес мир, миллионы мучеников отдали свои жизни за веру в Иисуса Христа. Почему они это сделали? Потому что они воистину полюбили Христа, вкусили Его великую любовь, потому что жизнь Христа заговорила в сердцах этих людей. События, которые мы вспоминаем в дни церковных праздников, были судом для них, свою жизнь они измеряли по жизни Христовой. С одной стороны, они видели Христа, вертеп, смирение, безызвестность, молчание, изгнание, нищету, а с другой стороны – себя, осужденных. Именно поэтому суд для них уже был окончен. Для них Христос стал не Судьей, а Жизнью Вечной. Если человек будет так проживать свою жизнь в Церкви, каждый раз поставляя себя перед Богом, осуждая свою жизнь и позволяя Господу совершать над собой суд в этой жизни, то в последний день он избежит суда.

Ведь как можно следовать за Христом и жить жизнью, чуждой Христу? Через апостолов и опыт святых отцов Господь очень ясно обозначил, что если в нас живет Святой Дух, то должны быть и плоды Святого Духа. И чтобы мы не искали себе оправданий, Господь сказал конкретно: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона» (Гал. 5, 22–23). Возьмите этот список плодов Святого Духа и исследуйте себя, и если обнаружите, что вместо любви в вас живет ненависть, вместо радости – уныние, вместо благости – месть и т.д., тогда поймете, каково ваше положение. Такой суд над собой принесет спасение. Дерево познается по плодам его. Поэтому, если эти святые праздники воспринимаются нами как суд над нашей жизнью, тогда мы можем с уверенностью сказать, что эти праздники спасительны для нас. Они дают нам повод для духовного подвига через покаяние, смирение, изменение своей жизни, но одновременно и воспламеняют нас с любовью припадать и просить милости Божией, поскольку ощущаем себя народом, сидящим во тьме (ср. Мф. 4, 16). Скажем Господу: «Где бо имел бы свет Твой возсияти, токмо на седящия во тьме?» (Пс. 66, 2, 3). Где просияет свет Твой, Господи, как не на тех, кто находится во тьме? Ведь именно тогда, когда я понимаю, что нахожусь во тьме, – тогда начинаю искать свет. Но если я обманываю себя и полагаю, что пребываю в свете, тогда это очевидная тьма, которая никогда не даст нам увидеть настоящий свет.

Дорогие братья, пожелаем друг другу, чтобы эти святые дни стали для нас спасительными, чтобы они привели нас ко Христу, Который через события Своей жизни приподнесет нам урок, и мы осознаем, что наша связь с Богом не какая-то абстракция, но имеет конкретные плоды и результаты. Благодатных нам святочных дней! Пусть Господь будет всегда рядом с нами и дарует радость Его присутствия. Аминь.

Митрополит Лимасольский Афанасий

историк и публицист Михаил Смолин

download

слушать

Раб Божий — быть или не быть?..

0b02d1ca294279552f9bf2f8ff04203d

Многим ненавистно словосочетание «раб Божий». Современные люди хотят быть сынами и дочерьми Божиими. И это похвально! Но возможно ли второе без первого? Отвечая на этот вопрос, с нами делится своим опытом святитель Лука Крымский. Плоды его жизни свидетельствуют нам о том, что этому опыту можно и верить, и взять его на вооружение.

0b02d1ca294279552f9bf2f8ff04203d

Мудрые люди  мечтают стать рабами Христовыми. Почему, спросите Вы? Они радуются этому имени, ибо знают, что раб видит лицо господина своего, имеет с ним общение, раб говорит с господином, исполняет повеления его. И счастлив раб, если видит лицо господина всегда светлым и полным благоволения.

А рабы Христовы вступают в общение с Самим Христом, они тоже духовно зрят лицо Христово, они в молитве своей с Ним беседуют, с Ним говорят. Они, если достойны, если успевают в исполнении заповедей Христовых, входят в прямое общение со Христом и в этом духовном общении получают от Христа дивные и драгоценные внушения и наставления; они даже духовным ухом слышат Его, ибо умеет Христос говорить с нами.

Он говорит различным образом.

1) Он говорит нередко словами Священного Писания, и это бывает так, что человек, полный веры во Христа, полный любви к Нему, читает смиренно, сосредоточивая весь ум свой на том, что читает. Читает слова Священного Писания, и вдруг, внезапно некоторые из этих слов, точно молния, пронизывают ум его, и он со страхом и трепетом понимает, что Сам Бог говорит ему словами Святого Писания. Об этом свидетельствует внезапное душевное волнение, возникающее в душе его.

2) Бывает, что Бог говорит с людьми во сне. Во сне Он открывал Свои веления, Свои хотения патриархам и пророкам.

Видите, рабы Христовы удостаиваются такого счастья, что входят с Ним в прямое общение, а когда достигнут такой степени духовного совершенства, что войдут в общение со Христом, то они перестают быть только рабами, они восходят на высшую ступень общения с Богом, общения со Христом, ибо когда Господь наш Иисус Христос увидел, что ученики Его, святые апостолы, уже глубоко-глубоко поняли и в сердце свое вложили Его слова, Его святое учение, увидел, что очистились они от скверны душевной и телесной, то сказал им: Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его. Святые апостолы уже знали, что делал Христос и зачем делал. Но я назвал вас друзьями, потому что сказал вам всё, что слышал от Отца Моего (Ин. 15:15).

Видите, Христос со степени рабства возвел их на высокую-высокую степень друзей Своих. А быть другом Христовым — это величайшее счастье. Быть другом Христовым — это значит иметь непосредственное, постоянное общение с Ним, это значит получать от Него помощь, великую духовную помощь, которая дается, когда надо нам пройти все мрачные стремнины, и рвы, и пропасти мира. Он проводит нас повсюду невредимыми, как было со святыми апостолами.

Так бывает и со всяким христианином: когда раб Христов исполнит всё повеленное ему, тогда будет он возведен на высокую ступень друга Христова. И этого достигнуть всем возможно, это всецело зависит от вашей воли, от вашего усердия, от горячности вашей в стремлении к правде и добру, к достижению высокого звания друга Христова.

А когда достигнете этого, тогда и молитва ваша станет совсем не такой, как была молитва раба, молитва станет высокой, одухотворенной. И скажете вы вместе с апостолом Павлом, что: Не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» (Рим. 8:15). Духом, Духом Святым взываем к Богу, как дети к отцу, чувствуя себя детьми Божьими. Так можем мы достигнуть уже в этой жизни великого счастья быть сынами и друзьями Бога.

А кто не внимает словам Его, кто презирает Крест Христов, для кого Кровь Христова не величайшее сокровище мира, тот да вспомнит, что ждет его, да вспомнит слова святого Симеона Богоприимца, сказанные им в день Сретения Господня: Се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий (Лк. 2:34).

Было бесчисленное множество падений людей, которые вступали в пререкания, не хотели смиренно принять в сердце свое великой истины о том, что Бог-Слово спас нас крестною смертью Своей. Для них Он стал камнем преткновения, камнем, о который споткнувшись, разбились они.

А для многих-многих, возлюбивших Христа и пошедших за Ним, Он стал Истиной, Путем и Жизнью. Они восстали из бездны греховной, они омыты Кровью Его Святой, они, по слову святого апостола Павла, стали Христовым благоуханием Богу в спасаемых и в погибающих: для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь (2 Кор. 2:15-16).

Запомните же это, будьте такими, чтобы и от вас для несчастных неверующих близких ваших исходило Христово благоухание, чтобы ни от кого из вас не исходил запах смертоносный в смерть. Аминь.

Когда не можешь простить

d68887b847f40ca9d65e369615799fca

“Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи раз, но до седмижды семидесяти раз”(Мф. 18:21-22).

Как найти в себе силы простить? Что дает нам прощение и какие шаги облегчают этот путь? Об этом — беседа с Еленой Загородной, практикующим психологом, преподавателем Московского православного института святого Иоанна Богослова.

Как бы вы сформулировали, что такое «прощение»?

У слова «простить» есть определенная связь  и фонетическая, и смысловая  со словами «простой», «просто». Когда отношения между людьми начинают портиться, говорят, что они усложняются, то есть теряют свою простоту и ясность. Если обратимся к словарю Л.В. Успенского, увидим, что древнерусское «простъ», соответствовавшее нашему «просто́й», значило «прямой, несогнутый». «Простить» поэтому имело значение «выпрямить» и далее — «разрешить виноватому, согнувшемуся в раболепном поклоне, выпрямиться». В словаре Г.А. Крылова глагол «простить» обозначается как «забыть вину, обиду» и указывается, что он образован от «простъ» в значении «свободный». Буквально этот глагол значил «освободить от долгов, грехов». Получается, что прощение необходимо нам, чтобы упростить отношения, наладить диалог с миром, Богом, общаться открыто и искренне.

 

Можно ли неверно понять прощение?

d68887b847f40ca9d65e369615799fca

Давайте поговорим о том, что не является прощением. Есть три основных варианта псевдопрощения, которые являются разновидностями психологической защиты.

1. Часто говорят, что если не заметить зло, оно уйдет. Но прощать  не значит не замечать зла. Когда мы не замечаем зло, мы его отрицаем, подавляем в себе чувства. Это приводит к тому, что проблема никуда не уходит, обида остается внутри и влияет на все последующие события.

2. Можно убедить себя, что все произошедшее нормально. Оправдать другого. Но это тоже не прощение. Можно проанализировать действия другого человека, найти объяснение, но понимание не равно прощению. Грех нелогичен, его невозможно понять. Но «понять» не мешает «простить».

3. Можно взять вину на себя. «Я плохой, поэтому это со мной произошло». Этот вариант псевдопрощения часто встречается в случаях с насилием. Ребенку легче признать себя виноватым, чем перестать доверять родителям, разочароваться в них. В случаях с насилием во взрослом возрасте такая внутренняя реакция помогает не чувствовать потерю контроля, боль.

Что же является истинным прощением? Какие здесь основные стадии?

Основное, что нужно понять: «простить»  это глагол. То есть действие. Первое  надо разобраться, что на самом деле произошло, признать факт произошедшего. Ясно увидеть и осознать причины обиды. Осознать вред, который был нанесен. Рационально, четко, без оправданий понять, что произошло.

Что нас ранит чаще всего (виды травмирующего поведения):

 Отвержение.

 Пренебрежение. В случае детско-родительских отношений, например, это когда физически родитель рядом, но постоянно занят работой.

 Несправедливость.

 Словесная жестокость. Ярлыки и оскорбления.

 Предательство.

 Брошенность.

Чтобы простить  нужно все это увидеть в истинном свете.

Второе: честно осознать свои чувства и реакции на зло, причиненное нам. Это может быть сильная ненависть, возмущение, может быть чувство вины и стыда, может возникнуть жалость к себе, тревога и беспокойство. Каждый человек индивидуален и его чувства тоже. Главное  честно увидеть, что происходит внутри. Очень часто из этой стадии пытаются убежать: «Я все понял и так, можно уже побыстрее на следующий этап?».

Третье: осознать свою реакцию на причиненный вред. Ведь что такое травма? Это не сам удар, а реакция организма на нанесенный удар. С психикой так же, как с физикой: если кость не выдерживает  перелом. Все зависит от сил человека, его ресурса, наследственности и уровня духовного развития.

Четвертое: нужно совершить осознанный выбор, выбор простить. Бог заповедовал нам прощать, но не вынуждает это делать. Все зависит от нашего свободного выбора. Прощение дает нам Бог, но принять решение о прощении должны мы.

Часто бывает, что человек все понимает, но не может простить. Что в таком случае делать?

Когда ко мне приходят с таким вопросом, часто оказывается, что на самом деле человек не хочет прощать. Есть внешнее «надо», но не его внутреннее желание.

IMG_20181208_130815

Как же созреть для прощения?

Все начинается с внимательного отношения к себе. Человек понимает, что зло значительно, оно влияет на всю его жизнь. Что прощение даст ему свободу. Это должен быть выбор от души.

Бывают люди отходчивые, легко прощают. Вроде нужно выдержать паузу, четко обозначить свои границы, но не получается: в сердце уже обиды нет. А есть готовность примириться, подойти первому после ссоры, даже если обидчик неправ. С одной стороны, это счастье, когда в душе такой мир, с другой — не повод ли это для других меньше контролировать себя в общении? Ведь знают, что все равно их простят.

Это иллюзия, что своим прощением или непрощением я могу влиять на другого человека. Я могу заставить его на время вести себя иначе, подстроиться под меня, но это будет манипуляцией, и суть человека от этого не изменится. Прощение нужно мне, моей душе. Необходимо отказаться от идеи управления другими людьми. Поведение другого — это его ответственность. Мое дело  попытаться навести порядок в моей жизни. В чем мой долг перед совестью и Богом? Неважно, как вели или ведут себя другие люди, это их отношения с Богом и с собой, и они не влияют на мою жизнь. Я могу отвечать лишь за себя. Какой я сын/дочь, какой родитель, муж/жена, друг?

Вы говорите «не влияют на мою жизнь». Но то, какие вокруг нас близкие, какие с ними отношения, очень даже влияет на качество нашей жизни…

Можно попытать договориться с человеком при наличии обоюдного желания. Но если он не идет на переговоры, не слышит вас, не ищет попыток сблизиться и разрешить ситуацию, — остается только дистанцироваться, сохраняя себя. Можно простить человека, но не восстанавливать отношения: ответственность за отношения всегда на 50%  мой вклад, на 50%  вклад другого человека. Порой невозможно защитить себя, увеличив расстояние, например, в случае с болезнью близкого человека, — тогда остается проходить сквозь боль.

Почему зачастую человеку проще остаться в состоянии обиженного, чем простить?

Как правило, это оправдание слабости, бездействия. Проще остаться в состоянии жертвы. Это оправдание страха. Страх там, где нет любви. И конечно, тут гордыня. Страдания как манипуляция. Роль мученика складывается из страха, желания контроля и эгоизма.

Как быть с гневом, злостью — естественными реакциями на обиду?

В случае с этими чувствами действительно возникает непонимание, как же быть. Выплеснуть? Подавить? Их необходимо проживать с помощью Бога. В ситуации, когда поднимается волна гнева и возмущения, нужно взять паузу  волевым усилием. Разорвать контакт, буквально выйти. Если ситуация происходит на работе  хотя бы в туалет. Остаться в тишине. Наладить диалог с собой и Богом, побыть в этом. Волна схлынет.

x_0edbef98

Столкновение с болью неизбежно. Но понимание, что боль проходит, имеет начало и конец, помогает перестать ее бояться. Боль пройдет, если ее отпустить. Мы говорим ребенку в момент, когда он, например, ударился: «Потерпи немножечко, скоро пройдет», — и тем самым учим его проживать боль. Конечно, надо понимать, что «потерпи» должно быть соразмерно возможностям. Очень важно уметь оценивать свои силы реально и во взрослом возрасте, вовремя просить помощь, если нужно.

Часто мы не можем простить даже себя… Чем опасно постоянное чувство вины?

Нужно понимать, чем покаяние отличается от патологического чувства вины. Покаяние  это когда человек искренне раскаивается. Он понял изнутри, что эта ошибка, грех мешает ему жить. А чувство вины  это когда человек не понял, на самом деле, что случилось, что не так. Он понял лишь, что кому-то не нравится то, как он поступил. Такое чувство формируется с детства, когда ребенку не объясняют последствия его действий, а лишь транслируют, что маме это не нравится, «как тебе не стыдно». Происходит ли осознание в душе человека совершенного им поступка в этот момент? Нет. Покаяние  это результат внутренней работы, оно ведет вперед. За чувством вины стоит самооправдание, и в этом случае изменений не происходит, мы топчемся на месте. С постоянным чувством вины необходимо разбираться, внимательно смотреть, что за ним стоит.

Как понять, что действительно простил?

Нужно понаблюдать за собой: как я смотрю на этого человека? На что обращаю внимание, на недостатки или достоинства? Как я говорю о нем, с какими интонациями? Часто бывает так, что вроде бы простил, но как только возникает кризисная ситуация,  опять провал в сильные эмоции. Значит, тут процесс пройден не до конца.

Нужно смотреть на отношения, что в них изменилось. Когда простил человека, уже ничего не хочешь от него, принимаешь, как есть. Когда еще обижен  хочешь от него каких-то действий, слов, подтверждающих, что он неправ и понимает это. Но получается ровно наоборот. Как только прощаешь  получаешь то, что хочешь. Почему? Здесь есть тонкий момент. Зачастую человек хочет от другого то, что может дать лишь Бог,  например, признания своей ценности. Когда мы ставим другого человека на место Бога автоматически возникает тяжесть у всех. Словно ответственность за наше счастье мы возлагаем на плечи другого человека. На самом деле это никому не по силам. Взрослый  тот, кто ищет опору не в близком, не в друзьях, не в священниках, а в Боге и своей душе.

IMG_20181208_130715

 

Беседовала Екатерина Баранова

«ДУХОВНЫЙ КОНТЕНТ» ИЛИ ЖИЗНЬ ВО ХРИСТЕ? О рассудочной истине и опытном знании

12_476

Узнал ученого ответ.
Что не по вас – того и нет.
Что не попало в ваши руки –
Противно истинам науки.
Чего ученый счесть не мог –
То заблужденье и подлог.

(И. Гете. «Фауст»)

На днях мне пришли на память гоголевские «Выбранные места из переписки с друзьями»:

«Чем истины выше, тем нужно быть осторожнее с ними; иначе они вдруг обратятся в общие места, а общим местам уже не верят. Не столько зла произвели сами безбожники, сколько произвели зла лицемерные или даже просто неприготовленные проповедатели Бога, дерзавшие произносить имя Его неосвященными устами».

Вспомнил я эти строки не случайно, а после беседы с одним очень пытливым и вдумчивым молодым человеком, с которым мы обсуждали некоторые аспекты борьбы со страстями. Имея определенные представления по данной тематике – не из своего опыта, а из разъяснений святых отцов, – я попытался сказать ему нечто, как мне представлялось, полезное для него. Однако реакция молодого человека оказалась для меня неожиданной и несколько обезоруживающей. Он сказал мне:

– Батюшка, а ты сам испытал на себе то, что сейчас мне рассказываешь, или это просто заученная когда-то «аксиома»?

При этом было очевидно, что в нем говорит не предубеждение, а реальная озабоченность тем, о чем он спрашивает. А помимо этой искренней озабоченности было еще и сомнение в том, о чем я ему рассказывал: то ли оттого, что рассказывал я где-то не из своего опыта, то ли оттого, что сам он не находил оснований для доверия словам священника в своем собственном опыте…

Хрестоматийное высказывание Эйнштейна: «Истина – это то, что выдерживает проверку опытом» – можно было бы «отзеркалить» следующим образом: «То, что не подтверждено опытом, перестает быть живой, актуальной истиной». Да, перестает! Для такого человека та или иная истина становится, по-гоголевски, просто «общим местом», а «общим местам уже не верят».

О сравнительном достоинстве рассудочного знания и знания опытного написано достаточно много. Рассудочное знание истин веры – нравственного или вероучительного характера – просто необходимо. Но оно – лишь восхождение на первую ступень для человека, имеющего цель подняться по лестнице. Если человек заявил о цели пройти весь лестничный марш, но затем, взойдя на первую ступень, с удовлетворением на ней уселся, продолжая лишь мечтать о своей цели, он не только никогда не достигнет ее, но и сделается посмешищем для тех, кому он о своей цели объявил. Так вот, христианин – человек, пообещавший Богу, Церкви и себе «подняться по лестнице», и, имея в виду высоту этой лестницы, он не имеет ни права, ни времени «сидеть» на первой ступени. Но именно это сегодня мы нередко наблюдаем в современном христианском обществе.

12_476

Сегодня, как никогда ранее, колоссальными темпами и масштабами умножается рассудочное знание. Невообразимое еще 30 лет назад распространение религиозной литературы (что само по себе замечательно), невиданная прежде свобода в телевизионном пространстве и масштабное развитие православных интернет-ресурсов «усаживают» современного христианина в мягкие кресла, в которых, при наличии свободного времени, он может пребывать с утра и до утра, «потребляя» рассудочное знание. Как не возникнуть при этом опасности покомфортнее обосноваться на «первой ступени», особенно когда она такая мягкая?

Только когда же мы будем подниматься выше, господа хорошие? Когда мы станем не только читать или слушать о том, что «молитва – дыхание души», или о том, что «пост – мать всех добродетелей», но и постигать это на своем опыте, пройдя тем путем, о котором мы тоже можем прочитать? Первая ступень лишь кажется самой трудной – богословское ведь знание, – но на самом деле подняться на нее нам помогают многие, как помогли взойти на первую ступень Храма трехлетней Деве Марии. Далее же, подобно Ей, мы должны подниматься уже сами. А на это необходимы время и труд. В одном из патериков описан случай, как к старцу пришел ученик и попросил его почитать ему Писание. Старец открыл Псалтирь и начал читать: «Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых». Ученик тут же поднялся и ушел. Вернулся он к старцу уже спустя достаточно долгое время, и старец его спрашивает: «Чадо, куда же ты ушел тогда?» И в ответ слышит: «Я, отче, пошел исполнять то, что от тебя услышал».

Мы часто идем иным путем. Долгими часами в качестве отдыха после работы мы можем читать что-то из святых отцов, или слушать усладительные повести о жизни святых, или смотреть увлекательные фильмы по истории Церкви, но при этом можем долгие годы оставаться, увы, просто потребителями увлекательной духовной информации, не имеющей к нашей личной духовной жизни никакого отношения. Но не так ли появляются неверующие «богословы»? И не так ли рождаются «всезнайки», не имеющие при всех своих знаниях даже малейшего опыта жизни «во Христе»? Не так ли возрастает в человеке «фарисей», который устами чтит Господа, а сердце его далеко отстоит от Него?

В истории Церкви периоды особого благоденствия нередко заключали в себе тонкие искушения для христианского общества, приводившие к нравственному упадку христиан. И в этом есть своя логика: многие идут, по слову Господа, широким путем, особенно когда для этого есть все возможности. Но к всестороннему, по возможности, изобилию, характерному для широкого пути, стоило бы отнести и изобилие информационное, изобилие внешнего знания, каковым отличается наше время «благостояния святых Божиих Церквей». Это многогранное изобилие, приводящее в восторг и захватывающее дух, может стать и становится настоящим искушением для современного христианина, подменяющим для него реальную духовную жизнь, а значит – отнимающим ее.

Что бы это с нами не происходило, необходимо следовать хотя бы некоторым правилам.

Во-первых, следует совсем исключить такой подход к информации, когда мы бесконтрольно и неограниченно «потребляем духовный контент», не прилагая заботу о «переваривании» того, что «потребили». По примеру нашего тела подобное может приводить к нарушению процесса усвоения, и в таком случае принятое не станет достоянием духовного опыта христианина.О

Отрывок из Писания или какое-либо поучение следует вспоминать и осмыслять в течение дня, не спеша к новому чтению.

Второе. Необходимо выделять время и пространство в своем внутреннем мире для усвоения прочитанного. Отрывок из Священного Писания или какое-либо нравственное поучение следует вспоминать и осмыслять в течение дня, не спеша к новому чтению. Напомню здесь мысль, высказанную митрополитом Антонием Сурожским. Он говорил о том, что настоящим достоянием человека прочитанное становится лишь тогда, когда оно после прочтения глубоко и основательно осмыслено.

Далее: следует быть не только слушателем слова, но и исполнителем его. На этом остановимся чуть подробнее. Святитель Игнатий (Брянчанинов) предупреждал: внешнее рассудочное знание надмевает, если не совершается внутренний душевный труд над знанием, подобно тому, как могут надмевать человека и добрые дела, если в духе человека не совершается покаянный труд. А потому и у познающего, и у благотворящего есть лишь два пути: либо стать «фарисеем», удалившись от Бога, либо, перейдя к реальным Богопознанию и самопознанию, начинать подниматься «по ступенькам» выше. Если речь идет о знании, а у нас именно о нем идет речь, то реальным Богопознание станет не тогда, когда мы отштудируем учебники по догматике и нравственному богословию, а когда мы опытно прикоснемся к тому знанию, которое усвоил наш рассудок. Пока лишь рассудок знает о том, что, например, «внимание – душа молитвы», эта истина для тебя остается чужой, а значит, с позиции твоего опыта и неистинной. Но лишь только прикоснулся ты к ней уже опытно, лишь ощутил хоть ненадолго, как преображает твою душу молитва, совершаемая с полным вниманием, тотчас эта истина тобой будет усвоена, став для тебя бесценным сокровищем, достоянием твоего опыта.

Изобилие чего бы то ни было всегда приводит к обесцениванию. Изобилие духовной пищи, которым имеет возможность наслаждаться современный христианин, само по себе, бесспорно, бесценный дар Господа нашему поколению. Однако и этот бесценный по сути дар может обесцениться и стать «общим местом» в сердце того, кто без рассуждения и легкомысленно этим даром воспользуется. Возможно, этим и объясняется некоторая холодность в делах веры у современных христиан, знающих при этом гораздо больше, чем их единоверцы времен мученичества ХХ века.

Да, все-таки опыт, в отличие от количества знаний, вещь незаменимая. И лично мне нравится, как об этом писал отец Павел Флоренский: «Бытие истины не выводимо, а лишь показуемо в опыте: в опыте жизни познаем мы и свое Богоподобие, и свою немощь; лишь опыт жизни открывает нам нашу личность и нашу духовную свободу»

Священник Димитрий Выдумкин

Каждый человек может быть святым?

IMG_20180925_105258

«У каждого святого есть прошлое. А у каждого грешника есть будущее». Обойдя тысячи англоязычных психологических форумов, эта цитата из драмы «Женщина, не стоящая внимания» (со столь провокационным названием она вряд ли бы вышла на современном толерантном Западе) потеряла свою первую часть, соль шутки, некогда шокировавшую престарелую викторианскую даму в чепце, и перекочевала на наши родные интернет-просторы. Здесь она продолжила утешать всех тех, кто, перебирая воспоминания юности, натыкается на пустые бутылки, незнакомых особ в постели и легкие угрызения совести. Мол, святых-то и в помине нет, не вешай нос. Но оставим Оскара Уайльда с его эстетизированным цинизмом в стороне и попытаемся ответить на вопрос, кто же такие святые и можем ли мы, грешные, к ним приблизиться.

У святых, действительно, есть прошлое. У каждого свое. И если человеку кажется, что святость – это полное безгрешие, то вряд ли он разбирается в теме. Без греха вообще есть только один Человек на свете. Его так и называют – Единый Безгрешный. Все остальные участвуют в борьбе, ходят по краю и не знают будущего.

Но чрезвычайно важно, что у грешника есть будущее. Человек создан способным на святость. Как из любой ткани можно пошить ризу, а из любого куска воска слепить свечу, так и каждый вроде бы неказистый человек может освятиться, приблизившись к Богу. Он к этому даже призван: освящайтесь и будьте святы, ибо Я свят. Так сказано.
Да и с какой бы стати над каждым крещеным покойником пели «Со святыми упокой», если бы между ним и достоверно известными святыми лежала непреодолимая пропасть?

Пропасть преодолима.

Вот вам некое малое откровение: каждый человек может быть святым.

Это вовсе не значит, что он станет похож на святого Николая или святого Серафима. Наоборот. Это значит, что он ни на кого похож не будет. Святость абсолютно не шаблонна. Нет ни одного святого, с ювелирной точностью копирующего кого-то другого. И если нам кажется иначе, значит, мы опять не в курсе.

Личность, расцветшая в Духе Святом, – это святость. А личность оттого и личность, что другой такой в мире нет и не будет.

Не надо при этом ждать чудес и для всех очевидного величия. Именно этого нам привычно от святости ждать, лишь подтверждая лишний раз, что мы, как теперь говорят, «не в теме». Больший из всех рожденных женами – Иоанн Креститель – ни одного чуда не сотворил. Моисей и Илия меньше его, а он и не воскрешал, и не исцелял. И были подлинно чудные люди вроде Онуфрия Великого, проведшие в пустынях по полувеку и более, общавшиеся только с ангелами и ни с кем из людей. У них не было славы. О них просто не знали. Так что ни чудеса, ни громкое признание святости сопутствовать не обязаны.

Человек должен быть полон Богом. Не абстрактной добротой, не мягкостью и пушистостью, а Богом. Причем в меру своей глубины. Внутренняя мера человека может быть мала, как наперсток. Но если наперсток полон, это будет маленькая подлинная святость. Если же человек похож на чашу и тоже полон, это будет большая святость. А есть еще ведра, кувшины, водоносы и прочие емкости по возрастающей их объема. И хорошо бы, чтобы каждая была полна. Тогда все будут святы, и все по-разному. Так и на видимом небе: Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе (1 Кор. 15:41).

Святость доказывает существование иного мира и правду Евангелия.

Благодаря святым Евангелие из книги, из «просто» текста превращается в плоть и кровь, в дыхание и молитву конкретного человека. Святые – это и есть «воплощенное Евангелие». Каждый в отдельности воплощает одну или несколько цитат. Все вместе, собор всех святых воплощают Евангелие целиком.

Можно просить у них: у Пантелеимона – здоровья, у Николая – помощи в путешествии, у Спиридона – решения жилищных проблем. Почему же не просить? Это открытые и чистые источники. Стыдно и глупо жаждущему из них не пить. Но любить святых нужно не только за благое участие в нашей суетной жизни. Их стоит любить за то, что они есть; за то, что они – радостное откровение о том, каким может быть человек.

Все, что мир говорит о человеке, есть идеологическое убийство. Согласно учению гордых наук, человек – это говорящий комок грязи, должник могилы без надежды на воскресение. Трудно не склонить шею под это виртуальное ярмо, если так учит школа, так говорит улица, так поет эстрада… Но стоит в этой тьме зажечься свечечке под именем Сергий Радонежский, как начинают отползать в углы химеры ложных мнений, и появляется радость.

Святость, в конце концов, это радость, сменившая слезы. Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью. С плачем несущий семена возвратится с радостью, неся снопы свои (Пс. 125:5-6).

Протоиерей Андрей Ткачев

ЧТО ПОЧИТАТЬ В ЛЕТНИЙ ОТПУСК?

296569.p

перейти на сайт

ПОЧЕМУ Я УШЛА ИЗ ТЕАТРА?

249581.p

http://www.pravoslavie.ru/97939.html

ПРЕЖНЕЕ ПРОШЛО. НЕ БОЙСЯ

1

Я заметил, что у людей, обращающихся к священнику, есть что-то общее, и это общее – страх. В душе у них царит какая-то тревога. На нас давит случившееся в нашей жизни и происходящее теперь, мы беспокоимся и за будущее: что нас ждет впереди? что принесет нам завтрашний день? что произойдет в обществе? что будет с нашим здоровьем, страной? как мы справимся со своими финансовыми проблемами? И вот мы уже не спим, как раньше – в мире и спокойствии, мы в большинстве своем чего-то боимся.

Я думаю о святых мучениках, которые в ту минуту, когда их вели на пытки, конечно, тоже боялись, как люди. Ведь каково это – видеть перед собой мечи и ножи? Когда видишь кипящее масло и шипящую известь, ты, как человек, конечно, пугаешься, однако сейчас, после их успения, после их мученической смерти всё, что пугало их в тот час, побуждает их молить Бога о нас. Они показывают Богу свои отрубленные руки, осеченную голову, изрезанную плоть и говорят:

– Господи, то, чего я боялся тогда, я привожу сейчас пред лице Твое, чтобы умолить Тебя отнять страх у людей, живущих на этой земле!

Я привожу вам этот пример, чтобы с самого начала сказать вам, что, когда мы боимся чего-нибудь, мы, конечно, думаем о чем-то неприятном. В минуту боли, в минуту страха не жди, что поймешь, сколь великое дело совершается в тебе. Тебе больно тогда и ты мучаешься, страдаешь. Однако когда пройдет пять месяцев, год, два и ты оглянешься назад и посмотришь, какие минуты были в твоей жизни самыми важными, самыми сильными, какие минуты сделали тебя святее, смиреннее, мудрее, ты увидишь, что это были именно минуты страха, боли, тревоги.

Задумайтесь, вы, 40-, 50-летние и старше, ведь если оглянетесь назад и спросите себя: «Когда я по жизни окреп, когда почувствовал, что встаю на ноги, когда получил силу?» – ответом будет: «Когда я проходил через некое испытание, когда я был потрясен. Тогда я и стал задаваться вопросом, что происходит, тогда стал искать решения проблем, тогда мои руки налились силой и мне захотелось уцепиться, схватиться за что-то». Многие так и говорят: «Я нашел Бога, когда в моей жизни произошло такое, что привело меня в ужас, испугало меня (какая-нибудь смерть). Я был потрясен, когда увидел, как любимого человека увозят на кладбище. Этот страх заставил меня схватиться за Бога, и душа моя окрепла».

Трудный час – это и есть тот час, когда мы почувствуем великое благодеяние Бога и благодарность к Нему. Только, когда нам больно, мы этого не понимаем: чтобы понять, для этого должно пройти достаточно времени. Нам надо знать это. Сегодня жизнь пугает нас, сейчас 2012 год, а вот в 2015-м или 2016 году, когда мы будем смотреть на всё, оглядываясь назад, я скажу себе: «Тот год помог мне, тогда я стал сильнее, я стал больше верить, я с большим доверием положился на Бога», – и из страхов выйдет что-нибудь хорошее.

Вспоминаю об одном парализованном человеке из Патры, который жил в Афинах и был прикован к постели. Он публиковал в одном журнале «Статьи парализованного человека». Однажды я пошел к нему. Он как раз причастился, больничный священник ходил причащать его. У него было тогда огромное испытание и потрясение, были и у него свои искушения, но он повернулся ко мне и сказал:

– Приближается чудо! Вот подожди и увидишь!

– Откуда вы знаете?

– Я знаю это, потому что боюсь. Когда я боюсь и у меня есть искушения, немного погодя Бог приходит и находит меня. Сейчас у меня тяжелая минута, и я уверен, что это та минута, в которую Бог придет!

Когда ты боишься, Богу приходит пора отворить небеса и помочь тебе. Страх приводит тебя к надежде на Бога, к тому, что ты цепляешься за Него, и наша душа укрепляется, хотя до этого тебе было не по себе. И скажу вам нечто, во что вы порой не можете поверить, да и я тоже, потому что с малых лет был так научен, когда был еще таким, как вы.

Как малым детям, нам говорили, что мы не можем преуспеть в жизни, поскольку мы слабы. Мама, отец, родня, друзья нам постоянно повторяют:

– Осторожней, упадешь! Смотри, куда ты идешь!

Потому что ты рискуешь оплошать! И это происходит постоянно: в школе, в жизни, на работе, в семье. Пусть каждый спросит себя: сколько раз ему говорили, что у него нет таких-то шансов, что он не может добиться чего-то в жизни, – и он в конце концов поверил, что всё трудно, всё недостижимо.

Душа твоя очень уязвима для страха, потому что мы не выросли сильными, уверенными в том, что Бог нам подает силу и мы добьемся своего в жизни. Мы, наоборот, верим в свое бессилие. Мы Божии чада, мы прикасаемся к Божией силе и, несмотря на это, постоянно боимся, постоянно ужасаемся. Идем на собеседование, ища работу, и боимся:

– Помолитесь обо мне!

– А чего ты боишься?

– Что меня могут не одобрить.

– Нет, это не то… А чего ты на самом деле боишься?

Ты боишься, что твои возможности малы, потому что на самом деле ты можешь, но не веришь в это.

Ты решаешь создать семью и боишься. Почему? Потому что нашему уму легче думать о неудаче, чем об успехе. Мы больше верим в то, что провалимся, чем в то, что справимся. С большинством людей так происходит.

Когда ребенка дома нет, наш ум никогда не будет думать, что он просто вышел погулять. Что да, он опаздывает, но с ним всё хорошо. «Да нет! Там что-то есть! Там что-то происходит!» – «Что происходит?» – «Что-то плохое!» Почему? Потому что всё это обратилось у нас в навык, то есть мы привыкли, чтобы опасность пугала наш ум, неважно, существует она или нет.

Когда ты поймешь это, с этим надо будет бороться. Как бороться? Так, как мы сейчас говорим. То есть сесть, логически поразмыслить и сказать: «Сколько раз я боялся зря и в итоге видел, что ошибался! Сколько раз я думал, что моего ребенка привезут на “Скорой”, а с ним всё было хорошо!

И я спрашивал его:

– Ну почему ты так делаешь?

А он:

– Я опоздал.

– А что случилось?

– Со мной всё в порядке.

Это потому, что я не вразумляюсь, не понимаю, что Бог управляет всё!»

С твоим ребенком ничего не случается, однако ты постоянно боишься, не только когда с ним что-нибудь может случиться. Часто ты боишься еще задолго до того, как с ним что-нибудь может произойти.

Итак, мы можем выдержать, у нас есть сила, только нужно в это поверить. Надо об этом помнить, говорить то, что говорит святой апостол Павел: «Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе (Флп. 4: 13). Я всё могу, меня ничто не напугает в жизни, я могу с этим справиться! По жизни я встречусь с трудностями, но выйду победителем из испытаний, меня выгонят из дома, в котором живу, потому что у меня нет денег, но я найду что-нибудь другое». – «Как ты можешь так говорить? Ты что, фантазируешь?» – «Нет. Мы будем надеяться и уповать на силу Божию. Мы будем бороться». Вот так. Ты будешь бороться и добьешься своего.

Я и в другой раз говорил, что многие женщины и мужчины часто изводят себя (женщины в большей степени по причине своей чувствительности), тревожатся за будущее и заболевают: «У меня то-то не получится! Я боюсь, что не выйду замуж!» Они боятся, что останутся одни, что ничего не сделают, а в итоге, по прошествии лет, всё улаживается. А потом у нее опять появляется страх – будет ли у нее ребенок. Будет! Да даже если и не будет, ты сильная и на деле поняла, что можешь выдержать это. Если Бог это попустит, ты выдержишь.

Тебе не удастся вовлечь меня в свою игру. Мы этого и хотим постоянно – и сами боимся, и других хотим вовлечь в свой страх, чтобы, если можно, боялись все. Если кто-нибудь подбодряет нас, нам это не очень нравится: «Нет-нет, я провалюсь!» Наш наркотик называется страхом, и когда кто-нибудь нам его не дает, мы начинаем нервничать. Глубоко в душе мы и не хотим утешения – мы хотим собственного несчастья, хотим ныть, хотим роптать. Но надо тряхнуть немного головой, чтобы всё это улетучилось, и сказать: «Я буду сильным и стойким по жизни!» Бог дал нам не дух страха, а дух силы[i]. Бог дал тебе силу, и мы с тобой можем быть успешными.

Когда я был маленьким и ходил в церковь, в воскресной школе мне говорили:

– Приблизься к Богу, и всё у тебя будет хорошо! Приблизься к Богу, чтобы разрешились твои проблемы! Приблизься к Богу, там всё розово!

Что-то в этом духе. И вот я приблизился к Богу как ребенок, но, вырастая, увидел, что находиться близко к Богу не так уж хорошо: там есть и много проблем, много страхов, много тревог, много неудач, много ударов, много пощечин. Поэтому сначала ты должен быть подготовленным, чтобы знать, что нам обещает путь, на котором мы и через землетрясения пройдем, и поколеблемся, и запутаемся, и измучимся, однако не будем отступать. Я добьюсь успеха, потому что, пройдя через всё это, стану святым, стану мудрым, стану зрелым человеком. Иначе не бывает. Сквозь злоключения в жизни мы увидим лице Божие. Вошел ли ты в Церковь? Приготовься пройти через злоключения.

Это как если бы ребенок говорил матери: «Мама, с того самого дня, как я пошел в школу, этот учитель всё время задает нам упражнения. Что же будет потом?» Что будет? Всё, каникулы закончились! Это и означает школа – ты будешь делать упражнения.

Бог любит тебя, но как Он тебе это докажет? Научив твою душу терпеть, любить, прощать. А этому не учатся без злоключений, без испытаний, без страхов в жизни. Что тебя устрашает, то и делает тебя сильным. В конце концов делает тебя сильным. Другого пути нет. Если вам известен другой путь…

Когда ты делаешь это, ты входишь в христианскую жизнь близ Бога подготовленным к тому, что пройдешь и через трудности, и не оказываешься застигнутым врасплох. Ты не сваливаешься с облаков, не говоришь: «Что это такое – то, что свалилось сейчас на меня?» Это жизнь. Нет святого, у которого не было бы таких мгновений в жизни: каждый боялся и ужасался, проходил через тревоги, испытания, искушения. Все мы пройдем через это, и неверно то, что сказал мне один человек:

– Вот тот человек, который вчера пришел в церковь и заговорил с тобой, я удивляюсь ему: он так счастлив! Я вижу, что он всегда радуется. Нет ничего, что могло бы его устрашить!

Я ответил ему:

– Не могу говорить тебе о его личных делах, но вот ты ему удивляешься, завидуешь, но ты же его, по сути, не знаешь, а если заглянешь в его душу, то увидишь, что и у него есть свои проблемы – с детьми, деньгами, какими-то болезнями; он не скажет тебе всего. Он ведь ждет результатов анализов на рак, но улыбается людям.

А что ему делать? Сесть и сказать: «Вы знаете, я весь трясусь. Я вам улыбаюсь, а сам трясусь, потому что страдаю от такой-то болезни»? Он не говорит этого, и ты ему завидуешь. Но у всех есть что-нибудь такое, что их пугает. У всех. И у меня, если вы спросите меня и скажете; и у тебя, говорящего мне это, разве у тебя тоже нет чего-то такого? И у меня есть: я думаю о будущем, о том, какой будет моя жизнь, о болезнях, родителях, о себе. У всех нас есть поводы для боязни, но благодаря ей наша душа может окрепнуть, мы можем вызреть и пустить корни в Божией жизни.

Один святогорец говорил:

– Я очень люблю своего духовника и очень благодарен ему за одно дело в моей жизни!

– Какое?

– Он научил меня раз и навсегда, что в жизни существуют и боль, и радость. Он сказал мне правду, и когда я шел к нему и говорил, что прохожу через искушения, он говорил мне: «А чего ты ждал? Не понимаю». Когда мне хотелось заплакать от трудностей, он говорил мне: «Не плачь! Встань и возьми себя в руки! Оставь эти сентиментальности! Это сентиментальности твоего плохо понятого эгоизма. Научись тому, что в жизни радость и боль всегда идут вместе. Сегодня ты смеешься, завтра заплачешь, а послезавтра снова будешь смеяться. Поэтому не бойся. Пойми это раз и навсегда». И научил меня, – сказал мне он, – когда в жизни всё хорошо, радоваться и благодарить Бога. А когда скорбь, испытание – говорить: «Да, это так, такова жизнь». Он научил меня укреплять свою душу и смотреть на жизнь таким образом.Не знаю, поняли ли вы, что в реальности жизнь – это сеть, сотканная из боли и счастья, радости и страха. Ученые, и особенно детские психологи, говорят, что когда человек рождается и выходит из утробы матери, первое, что он чувствует, – это сильнейший страх. Почему? Младенец ужасается оттого, что выходит из тишины, счастья и тепла материнской утробы.

Есть нечто хорошее в страхе, а именно то, что он делает нас более человечными. Например, мать, дети которой отсутствуют или сын которой в казарме, если она услышит другую мать с похожей проблемой, то сочувствует ей и говорит:

– Я знаю, что ты испытываешь. Я тоже беспокоюсь, и как ты думаешь о своем ребенке и боишься за него, так и я думаю о своем.

Женщина, прошедшая в своей семье через болезни, больницы, реанимацию, когда услышит другую женщину с подобными проблемами, сострадает ей. Страх нас сближает, делает более сострадательными, более любящими и сплоченными.

Есть люди, принимающие помощь от других, тогда как раньше они говорили: «Я не нуждаюсь ни в ком! Я не нуждаюсь по жизни, я сам со всем справлюсь!» И вот пришел час, и тот, который был когда-то таким суровым, сидит теперь, и его кормят, оказывают услуги, а он говорит:

– Благодарю тебя! Страхи по жизни, проблемы сделали меня более человечным, и я принял вашу помощь. И благодарю тебя за то, что помогаешь мне! А когда-то я думал, что смогу всё сам.

На меня произвело сильное впечатление, когда я на днях увидел в новостях этого человека, и он сказал, что раньше отдавал одежду и продукты в один храм Афинской архиепископии, а на этот раз сам пришел взять. Экономический кризис довел его до страха за свое будущее и за жизнь, и этот человек, подававший когда-то милостыню другим, дошел сейчас до того, что говорит: «А вы дадите мне куртку?» Однако это смирило его и сделало настоящим, подлинным человеком.

Большинство из нас – люди с витрины. А когда ты начинаешь бояться, ты настоящий, тогда исчезают «безупречные» манеры нашей культуры, и мы выводим на свет свое истинное «я». Поэтому когда человек оказывается на похоронах, в больнице, он может начать там рыдать, кричать, плакать, и спадает фальшивая маска «превосходного» человека, говорящего: «Я знаю всё, я сильный!» Благодаря боли и страху мы становимся подлинными, настоящими людьми.

Когда нам предстоит чему-то ужаснуться или встретить человека, которого мы боимся, очень важно заранее подготовиться к этому психологически. Другими словами, не идти неподготовленными на эту встречу. Независимо от того, офис ли это, куда мы идем на собеседование, желая устроиться на работу, или какое-нибудь другое место. Святой пророк Давид говорит: «Уготовахся и не смутихся» (Пс. 118: 60)! Когда предстоит чему-то случиться, ты не иди туда прямо так, а сядь дома, переживи это заранее в своей душе и скажи: «Ну что ж, пойду в офис». Или муж возвращается и: «Я сегодня сделала те расходы, которые сделала», – и тут разражается буря. А надо: «Сяду-ка я и подготовлюсь, чтобы не говорить резко, чтобы меня не охватила паника оттого, как я ему это скажу, что он мне будет говорить, как я ему буду отвечать. И чтобы я не думала постоянно о плохом, что мы поругаемся, а чтобы говорила. Скажу ему спокойно, а когда начнет злиться, переменю тему, подготовлюсь к этому».

Твой ум не должен постоянно вращаться вокруг проблемы. Потому что когда ты долго боишься чего-то, ты в конце концов начинаешь этого хотеть. Потому что ты его как будто ищешь. Когда ты боишься чего-то, ты как будто говоришь Богу:

– Я верю, Боже, я глубоко верю, что провалюсь, ибо знаю, что провалюсь.

И Бог говорит:

– Да будет по вере твоей. Поскольку ты поверил, да будет так! Во что ты там поверил? Что в 5:15 вечера, когда будешь сдавать экзамены на права, ты говоришь: «Это исключено, что я сдам, меня зарубят!»

Как ты сказал, так оно и стало. А почему? Потому что ты в душе не доверился Богу, не поверил. Позволил страху доминировать и завладеть тобой. А поскольку ты ему позволил, то так оно и стало.

Поэтому когда мы идем на встречу с каким-нибудь трудным человеком, очень важно заранее прочувствовать его в Божией любви и помощи, с надеждой и верой. Давайте посмотрим на другого так, словно он наш брат, любящий меня и добрый человек.

Ты идешь на собеседование в какую-нибудь компанию, но когда ты скажешь в душе: «Какой этот человек суровый! Это исключено, что он согласится на то, чего я у него попрошу!» – ты уже предрасположен к тому, чтобы произошло отторжение. Или твой ребенок выходит вечером, ты должен подготовить свою душу и сказать: «Мой ребенок проведет хороший вечер. Между нами не будет нервотрепки, но любовь». Прочувствуй это, произноси молитву: «Господи Иисусе Христе, дай нам мир, и я поверю, что наступает мир в доме».

Душевная подготовка ко всякому страху в жизни очень важна. И когда что-нибудь произойдет в твоей жизни и ужаснет тебя, главное – научиться быстро возвращаться на путь спокойствия и мира. Что-то произошло, и ты расстроился. Что-то произошло, и ты испугался. Хорошо. Но сколько это будет продолжаться, сколько? Два дня? Три? Нет, ты останови это прямо сейчас и не возвращайся без конца к этим страхам. Ты пройди мимо этого, не переживай его без конца в душе и не живи воспоминанием об этом. Кто-то плохо поступил с тобой в прошлом, ты был уязвлен и с тех пор ходишь напуганный. Да, но жизнь переменилась, прошло уже три года с тех пор, как ты с ним рассталась. Однако она всё думала об этом и боялась всех предстоящих знакомств: «Я прошла через расставание».

– Да, ты рассталась, но когда? В прошлом году?

– Да, но сейчас я боюсь, что снова потерплю неудачу.

Но ведь это неправда. Не давай же страху из твоего прошлого отравлять тебе настоящее и будущее, поставь на этом точку и скажи: «Прежнее прошло» (Откр. 21: 4). Как говорит святой апостол Павел, «забывая заднее и простираясь вперед» (Флп. 3: 13). Прежнее прошло. Да, я напугался, ужаснулся, и ладно. Но впредь будет лучше.

У нашего ума есть обыкновение больше прилепляться к тому, что его пугает, чем к тому, что придает нам отвагу и надежду. Будем же осторожны в этом, будем включать Богом просветленную логику и говорить: «Это не правда, это всё от моего ума. Всё не так, как я думаю! Не бойся!»

И будьте осторожны со своим желудком, потому что от многих волнений и страхов желудок начинает болеть. Страхи наносят вред и телу тоже. Когда приходит время и мы излучаем расстройство, страх и тревогу, это доводит нас до болезни. И ты идешь к врачу и говоришь ему:

– У меня болит желудок!

А врач тебя спрашивает:

– А что случилось?

– Доктор, да всё огорчения.

– Из-за чего?

– Да сын мой нашел одну… жизнь не ладится.

– А почему ты так беспокоишься? Предай своего ребенка Богу!

– Не могу. Я боюсь!

От страха, не превращающегося в доверие, наше тело заболевает. Все болезни – большая часть из них – начинаются с душевного напряжения, тревог, страхов.

Отец Софроний (Сахаров) из Эссекса говорит нечто замечательное: «Когда я возлюбил Бога, тогда увидел всё остальное по-другому». Наступают такие моменты в жизни, когда ты начинаешь любить Бога и переживаешь нечто очень сильное в связи с Ним, тогда ты начинаешь фильтровать всё через это свое новое богопознание, и оно тебя уже не пугает. Он говорит: «Мне дано было другое зрение и другой слух. От Бога дан был мне новый взгляд и новые уши. Я слышу и вижу жизнь по-другому».

Одна женщина в отделении интенсивной терапии сказала мне:

– После того, что я пережила, я уже ничего не боюсь в жизни! Когда ты два месяца ходишь по больницам и слышишь то, что услышала я… Меня больше ничего не пугает в жизни, как раньше.

Следовательно, если мы будем жить с Богом и испытаем некое сильное чувство бесстрашия, единства с Ним и любви, тогда всё остальное не будет оказывать на нас влияния. Мы будем смотреть на это очень хладнокровно. Например, тебе позвонят по телефону, скажут что-нибудь тяжкое, а ноги у тебя не подкосятся.

То есть мы заболеваем из-за страхов. Надо сказать: «Вот, Бог укрепил меня, сейчас я ничего не боюсь! Сейчас, как говорит святой Антоний Великий, я не боюсь Бога, а люблю Его».

И если ты чувствуешь, что любишь Бога, то ты уже не боишься ничего в жизни, что бы ни случилось. Произошло ли землетрясение, рушится ли дом, святой говорит: «Дом рухнул, ну и ладно. Какое это имеет значение? Ведь душа моя отдана Богу».

Он как влюбленный – что ему ни говори, это его не трогает, не интересует, он витает где-то в другом месте. Если и денег у него не окажется, он будет говорить: «Сегодня я наслаждаюсь своим счастьем, своей любовью!»

Если когда-нибудь мы переживем это, мы станем очень сильными. Нас не будут пугать вещи мира сего, потому что мы прикоснулись к опыту другого мира, к Богу. К этому и должна стремиться наша душа.

Итак, давайте помнить, что любовь изгоняет страх (1 Ин. 4: 18.). Когда любишь, ты не можешь бояться. Когда я люблю кого-то, я отношусь к нему, как малое дитя, которое всех любит, всех воспринимает как своих. А мы, чем больше растем, тем больше отдаляемся друг от друга и боимся. Когда любишь, ты не боишься, ты испытываешь доверие ко всем и доверяешь свою жизнь Богу – как устроит всё Он…


[i] См.: 2 Тим. 1: 7.

Архимандрит Андрей (Конанос)
Перевела с болгарского Станка Косова