ХРАМ АЛЕКСИЯ МЕЧЁВА В ВЕШНЯКАХ

РПЦ, Московская городская епархия

АПОКАЛИПСИС И СОВРЕМЕННЫЙ МИР Беседы об Апокалипсисе

Апокалипсис, несомненно, самая известная книга Библии. Даже если найдется человек, который не читал ее сам, то вряд ли есть такой, кто не слышал об Апокалипсисе. Апокалипсис – самая сложная для понимания книга. Как сегодня ее понять тем, к кому она обращена, – христианам, ждущим Второго пришествия Христа? Что хочет открыть Бог в Своем Откровении о будущих судьбах мира? Как ответить на Его призыв сегодня? Как проповедовали апостолы о смерти и воскресении Христовом? Об этом беседуем с преподавателем богословского факультета ПСТГУ, автором спецкурса по Апокалипсису Иоанна Богослова Антоном Небольсиным.

– С чего должен начинать знакомство с Апокалипсисом современный христианин?

Понимать Откровение Иоанна Богослова нужно в контексте Предания Церкви

– Апокалипсис – это очень важная и яркая книга, но надо помнить, что мы не можем лишь на ее основании давать исчерпывающие ответы на вопросы, которые перед нами ставит духовная жизнь. Свидетельство Апокалипсиса не единственное, и понимать Откровение Иоанна Богослова нужно в контексте Предания Церкви. Следует особо подчеркнуть, что эта книга является самой сложной для понимания из всего корпуса Нового завета, но, несомненно, одной из самых известных библейских книг в современном мире.

Апокалипсис ценен тем, что отвечает на сущностные вопросы каждого христианина. Он говорит нам о Боге – Спасителе, о том, что изначальный замысел Бога заключается в спасении мира. Завершается эта книга видением Небесного Иерусалима – Церкви будущего века. Но в этой книге мы видим и образ Церкви в нашем мире. При этом в Апокалипсисе большое место занимают казни и беды, постигающие окружающий мир.

– Как понимать смысл этих бедствий?

– Некоторые толкования говорят, что бедствия – это всего лишь фон, на котором показана святость Церкви. Но большинство толкователей учат, что цель посылаемых бедствий – подвигнуть людей к покаянию. Хотя тема покаяния не очень развита в Апокалипсисе – в нем мало говорится о возможности покаяния людей, которые живут не по заповедям Божиим.

Апокалипсис учит, что пребывание в языческом мире может быть опасно для духовной жизни христианина и что последователь Христа должен Царство Небесное предпочитать «миру сему». Эта опасность неоднородна, ее можно разделить на несколько частей. Во-первых, опасность гонений. Гонения могут быть прямыми – со стороны тоталитарной, государственной власти.

Государственная машина – мощная сила, могущая угрожать христианам гонениями за то, что человек является христианином и потому отказывается принять ее божественный статус. Святой Иоанн Богослов усматривал черты царства антихриста в современной ему Римской империи, так как там существовал культ императора как бога. Кто отказывался участвовать в императорском культе, рисковал многим, вплоть до потери жизни.

Вторая опасность – искушение начать приспосабливаться к окружающему миру, дающему некие блага, ценой отказа от Христа. Христианину предлагается альтернатива: «Если принесешь жертву императору как богу (что означает отречение от Христа), то тебе будет хорошо в этой жизни».

Действительно, когда христиане живут в языческом мире, то они могут начать думать таким образом: «Мы подвизаемся, подвергаем себя ограничениям, а ради чего? Ведь люди вокруг нас живут так хорошо. Почему бы и нам не жить, как они»? Христос говорит Лаодикийской Церкви, что тамошние христиане разбогатели, но они не знают, что они нищи и наги. Сегодня известно, что они действительно были очень богаты: когда землетрясение полностью разрушило Лаодикию, то его жители на свои деньги смогли восстановить город, не прибегая к помощи государства.

– Образ Вавилонской блудницы также пришел к нам из Апокалипсиса. Что пророчество говорит о ней?

– Пророческая книга объединяет образ Вавилонской блудницы и сам город Вавилон. В них мы можем видеть образ современного мегаполиса с множеством развлечений, возможностей для обогащения и для удовлетворения любых запросов: материальных и чувственных. Мир наслаждения очень обольстителен, поэтому опасен для христианского духа.

В 18-й главе интересны, говоря современным языком, «детали экономического кризиса» после смерти Вавилонской блудницы

Образ Вавилона, о котором мы сказали выше, – Великая блудница, падшая женщина, обольщающая народы своими прелестями. Над ней Бог совершает суд, которого она не ожидает, и казнит ее. В 18-й главе мы слышим всеобщий плач купцов и «царей земных» – как бы мы сейчас сказали: «правителей» и «бизнесменов» – при виде смерти блудницы. Ее падение – крах их жизни.

Раздел о плаче богачей интересен своей красочностью и подробным перечислением товаров, не имеющих сбыта после катастрофы, или, говоря современным языком, «деталями экономического кризиса». Прочитаем его полностью:

«И купцы земные восплачут и возрыдают о ней, потому что товаров их никто уже не покупает, товаров золотых и серебряных, и камней драгоценных и жемчуга, и виссона и порфиры, и шелка и багряницы, и всякого благовонного дерева, и всяких изделий из слоновой кости, и всяких изделий из дорогих дерев, из меди и железа и мрамора, корицы и фимиама, и мира и ладана, и вина и елея, и муки и пшеницы, и скота и овец, и коней и колесниц, и тел и душ человеческих. И плодов, угодных для души твоей, не стало у тебя, и все тучное и блистательное удалилось от тебя; ты уже не найдешь его» (Откр. 18: 11–15).

Образ Вавилонской блудницы в Апокалипсисе легко применить к окружающей нас действительности: достаточно сегодня выйти на улицу и посмотреть, что делается в Москве. Мы, жители XXI века, также должны отыскивать знамения конца света в наше время, как учит Христос, чтобы и нам не оказаться обольстившимися.

Церковь состоит из людей, имеющих в миру свою профессию. В древности для того, чтобы выполнять мирские работы, очень часто приходилось входить в контакт с язычниками, вступать в профессиональные содружества, которые имели своими покровителями языческих богов. Христианин должен был сделать выбор: либо он ограничит контакт с миром язычников, не будет участвовать в формах жизни, окрашенных языческой религиозностью. Но тогда он должен быть готов на жертвы, вплоть до мученичества. Либо он может взглянуть на это сквозь пальцы: «Что такого, если я буду участвовать в языческих жертвах, мне же надо как-то жить?». Но тогда Церковь растворится среди язычников.

Христианину лучше выбрать путь мученичества, нежели путь компромисса с падшим миром. Разве этот призыв не актуален сегодня?

Примером такого ассимилирующего воздействия мира на человека и была Римская империя – самое политически могущественное и экономически развитое государство того времени. Апокалипсис является кличем против этой ассимиляции. Он показывает, что, несмотря на все блага, предлагаемые языческим миром, христианину лучше выбрать путь мученичества, нежели путь компромисса с падшими людьми. Разве этот призыв не является актуальным и сегодня?

– Когда появляется тиран, устраивающий гонения, вроде Ленина, его называют антихристом. Как антихриста видит автор Апокалипсиса?

– В Апокалипсисе два образа антихриста и его царства: два зверя и блудница. В толкованиях на книгу Откровения звери антихриста традиционно понимаются и как царства, и как цари. С одной стороны, эти образы – указание на коллективные силы, с другой – на личности. Образы зверей связаны с книгой пророка Даниила. В индивидуализированном восприятии зверь из моря – это сам антихрист, а в коллективном толковании – это вся его государственная машина.

В 13-й главе говорится о двух зверях – один выходит из моря, другой из земли. Образ зверя из моря являет власть антихриста в нахрапистой форме – как прямое гонение. Второй зверь – из земли – действует уже постепенно и незаметно, обольщением.

В Апокалипсисе чередуются рассказы о жизни, современной Иоанну Богослову, с эсхатологической перспективой Конца света. Римская империя казалась воплощением антихристианской системы государства. Черты города – носителя вселенского растления – можно было увидеть в Риме, куда везли товары со всего мира, куда стремились эмигранты со всех концов ойкумены, где можно было «пожить красиво». В то же время эти образы относятся к кончине мира.

– Что делал Иоанн, чтобы отвратить христиан от этих духовных опасностей?

– Иоанн, прежде всего, показывает, что конец богоборческого мира незавиден: он подвергнется карам, от которых нет бегства. Эти кары настигают мир как в ходе истории человечества, так они же, вне всякого сомнения, постигнут мир в конце истории.

– Применим ли сегодня Апокалипсис для миссионерских целей?

– Какая из форм этой логической стратегии применима в наши дни, я не знаю, так как не являюсь, так сказать, «профессиональным» миссионером. Но мне кажется, что в сегодняшней культуре катастрофические образы Апокалипсиса слишком активно используются, оказавшись «затертыми». Люди же стали менее чувствительны к образу катастроф. Если сказать человеку: «Ты будешь наказан», – он может никак не отреагировать. Полагаться на Апокалипсис в миссионерской тактике нужно с осторожностью, привлекая дополнительные источники убеждения.

– Что Апокалипсис говорит о Церкви?

– Церковь – Небесная и земная – противопоставляется гибнущему миру – Вавилонской блуднице. Иоанн показывает образ Церкви – Небесного Иерусалима, Невесты Агнца – Церкви прославленной, святой, где люди находят полноту общения с Богом и со Христом.

В Апокалипсисе содержится распространенное в древней Церкви учение о двух путях жизни. Читая книгу, люди видели перед собой два пути: здесь ты имеешь временное наслаждение, но итоговую погибель, а вот здесь – временное страдание, но конечную победу.

Первый раз Небесную Церковь мы видим в 4-й главе, где мы оказываемся перед Небесным Престолом (прошу прощения за обширные цитаты, но в данном случае они необходимы для того, чтобы читатель имел представление об этих красочных образах):

«И вокруг престола двадцать четыре престола; а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облечены были в белые одежды и имели на головах своих золотые венцы. И от престола исходили молнии и громы и гласы, и семь светильников огненных горели перед престолом, которые суть семь духов Божиих».

Затем следует знаменитый образ четырех животных: «…и посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади. И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей». Они поют песнь «Свят, свят, свят», которая является одним из центральных моментов в Литургии: «И ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет».

Затем мы читаем, что старцы произносят возглас «Достоин Ты», который вошел и в богослужение (Достойно есть): «И когда животные воздают славу и честь и благодарение Сидящему на престоле, Живущему во веки веков, тогда двадцать четыре старца падают пред Сидящим на престоле, и поклоняются Живущему во веки веков, и полагают венцы свои перед престолом, говоря: достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу: ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Откр. 4: 4–11).

Затем (в 5-й главе) к старцам и апокалипсическим животным присоединяются ангельские чины, и в конце концов вся тварь воспевает песнь Богу, Сидящему на престоле, и Агнцу, то есть Христу. Так совершается Небесная Литургия.

Самый яркий образ Небесной Церкви содержится в 7-й главе Апокалипсиса. Здесь большую роль играют представители человечества, которые достойно прошли свой жизненный путь и оказались в Церкви Небесной: «После сего взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков, стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих. И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу! И все Ангелы стояли вокруг престола и старцев и четырех животных, и пали перед престолом на лица свои, и поклонились Богу, говоря: аминь! благословение и слава, и премудрость и благодарение, и честь и сила и крепость Богу нашему во веки веков! Аминь».

Иоанн говорит о том, что за страдания христианам следует воздаяние на небе: «Это те, которые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца. За это они пребывают перед престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них, Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной: ибо Агнец, Который среди престола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их» (Откр. 7: 9–17).

– Что мы можем сегодня сделать для того, чтобы современных христиан отвратить от опасностей?

Данные в Откровении примеры полноты общения Бога и людей имеют огромную силу убеждения. И они должны использоваться в пастырском обиходе

– Положительные образы Апокалипсиса – Небесного Иерусалима и Небесной Церкви, – пронизывающие всю книгу, многочисленные примеры полноты общения Бога и людей, прошедших через большие страдания, и сегодня сохраняют огромную силу убеждения. В пастырском обиходе они могут и должны использоваться, но, к сожалению, используются не часто.

– Иоанн был одним из апостолов – свидетелей установления Тайной вечери. Упоминает ли он об этом?

– Упоминания о Тайной вечере в Апокалипсисе нет. Есть только сама идея искупительной Крови. Но значение искупления Кровью подчеркивается в Откровении Иоанна Богослова очень резко (см.: Откр. 1: 5; 5: 9; 7: 14). То, что пролитие Крови Христом становится искуплением для людей, сказано Самим Спасителем на Тайной вечере, когда Он благословляет Чашу и передает ее ученикам, говоря, что это Кровь Его Нового Завета, которая за них изливается.

– Апокалипсис говорит о том, как совершалась Литургия во времена апостола Иоанна?

– Подробно о влиянии образов и выражений Апокалипсиса на современное богослужение я говорить не могу, потому что для этого надо быть специалистом по литургике, но совершенно очевидно, что по своему стилю Апокалипсис очень близок к нашему богослужению. К примеру, престол, вокруг которого совершаются богослужения Апокалипсиса, не может не вызвать ассоциации с устройством алтаря в современном православном храме.

Апокалипсис – книга, насыщенная литургическими мотивами. Эти мотивы, как и значительная часть образности Апокалипсиса, имеют своим источником Ветхий Завет. Например, Трисвятая песнь, которую воспевают Богу четверо животных в 4-й главе Откровения Иоанна Богослова, появляется у пророка Исаии; мы видим в Апокалипсисе также много псаломских образов.

«Достойно есть»

– В богослужении мы часто слышим восклицания, что Бог и святые достойны славы. Это же мы читаем в Апокалипсисе. Эти культурные формы как-то связаны?

В Апокалипсисе встречаются образы, связанные с императорским культом. В этом есть глубокий смысл

– Некоторые ученые отмечают в литургических по характеру местах Апокалипсиса появление образности, связанной с языческой сферой, с императорским культом. В этом есть глубокий смысл. Вся честь, которая в языческом мире незаконно, не по праву воздается человеку, императору, по праву, законно и истинно должна относиться к Богу.

В римском мире действовала система возгласов и знаков, которые выражали отношение народа к императору как источнику и подателю всех благ. К ним относится, в частности, и провозглашение императора «достойным» поклонения. Когда такие возгласы делаются в адрес правителя, они являются поклонением твари вместо Творца. Это идолопоклонство, с которым Апокалипсис полемизирует.

Но эти же самые возгласы вошли в богослужение. Так, в песнопении «Свете тихий» мы обращаемся ко Христу: «Достоин еси во вся времена пет быти гласы преподобными». Слово «достоин» имеет перекличку с Апокалипсисом. В 4-й главе двадцать четыре старца поют песнь: «Достоин Ты, Господи, принять славу и честь, и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено». В 5-й главе песнь четырех животных и двадцати четырех старцев обращена уже не только к Богу-Отцу, сидящему на престоле, но и к Агнцу, то есть ко Христу, и звучит так: «Достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа, и племени». Чуть ниже: «Достоин Агнец принять силу, и мудрость, и крепость, и честь, и славу, и благословение». Такие возгласы получают подлинный смысл, примененные именно к Богу: «Достоин Ты принять Славу и Честь».

Евангелие как проповедь апостолов

– Иоанн Богослов написал Апокалипсис и Евангелие. В чем мы можем увидеть связь этих двух книг?

– Эти две книги так сильно отличаются друг от друга по стилю и жанру, что в древности многие сомневались в том, что авторство принадлежит одному человеку. Но для Церкви подлинность той и другой книги несомненна. Связь мы можем увидеть, прежде всего, в начальных строках каждой из них. Пророческое прозрение пролога Евангелия от Иоанна «В начале было Слово» и пролог Апокалипсиса отмечены печатью присутствия сверхчеловеческой силы. Других людей того времени, способных к пророчествам такого масштаба, мы просто не знаем.

– В чем изначальный смысл слова «Евангелие» для самих апостолов?

– Это другое название апостольской проповеди. Когда они приходили в какой-то город и произносили проповедь, то основное содержание проповеди апостолов было в том, что Христос жил, Его распяли и Он воскрес. По сути, синоптические Евангелия – это запись апостольской проповеди.

Слово «Евангелие», по-гречески означающее «благовестие», используется как обозначение литературного жанра, но оно также является обозначением первохристианской проповеди. Евангелие – это благовестие, благая весть, а содержание этой вести в том, что Христос воскрес и побеждена смерть.

Апостол Павел не написал Евангелие в том смысле, в котором мы говорим о Евангелиях «от Марка, Матфея, Луки, Иоанна». Но, тем не менее, он говорит: «Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое» (Гал. 1: 11). То есть под Евангелием он понимает не записанный текст, но всю совокупность своего возвещения. Мы можем точно сказать, что в состав Евангелия в этом прямом смысле – как благовестия – входила проповедь о воскресении Христа. Точнее, она не просто входила, а была его центральной частью.